Традиции & авангард. Выпуск № 4

* * *

Они сидели друг напротив друга в кабинете Познанского – великан-профессор и парнишка-журналист. Они уже обменялись ничего не значащими, но обязательными светскими любезностями, и теперь между ними образовалась завеса молчания. Марк Наумович по праву старшего решительно отдёрнул её.

– «Мы созданы из вещества того же, что наши сны. И сном окружена вся наша маленькая жизнь», – продекламировал он с улыбкой.

– Шекспир, – устало усмехнулся в ответ Митя. – «Буря». Эта фраза прозвучала как пароль, открывающий невидимые двери.

– Я расскажу вам о своей потере, Дима, а вы мне – о своей. Что с вами случилось, что вы, совсем молодой ещё человек, выглядите таким уставшим уже с утра и почему вам вдруг снятся такие сны?

– Не знаю, – Митька опустил голову и внимательно посмотрел на свои руки, на длинные тонкие пальцы человека, который никогда не знал тяжёлого физического труда, которого, казалось бы, обошли стороной все жизненные испытания. – Впрочем, я вру. Мой отец умер после тяжёлой болезни, от онкологии, как и ваш сын.

Митька усмехнулся:

– Не знаю, Марк Наумович, зачем я рассказываю вам это. Это глупо, я знаю.

Профессор кивнул, и следующая его фраза потрясла своей простотой:

– Я очень вам сочувствую.

В промежутках между словами этой банальной фразы осталось: «Я знаю, как вам больно», «Я понимаю, что вы мучаетесь вопросом, достойны ли вы своего отца», «Я догадываюсь, что мир кажется вам бессмыслицей, хаосом».

– А я – сочувствую вам. – Митька внезапно испытал такое чувство, какое испытывают люди, наконец-то вышедшие на свежий воздух из душных больничных покоев. Он понял, что в беседе с профессором не понадобится лишних слов и все самое важное будет сказано без них.

И точно: Марк Наумович без всяких ненужных предисловий начал свой рассказ.

– Когда Михаил заболел, потребовались деньги на его лечение. Много денег. Он продал часть бизнеса, но наотрез отказался продавать остальное. Сын считал, что всё равно не выздоровеет, и хотел сохранить для моих внуков свои магазин и дом. Но я не мог просто смотреть на то, как Михаил угасает. Что нужно человеку, чтобы прожить счастливую жизнь, Дима? Ему нужна семья.