Они не умерли

Они обошли каждый дом, каждый двор, но в Лесутино не пошли. Следы остановились возле плотины в конце деревни.

– А к шоссе вы не ходили? – обратилась я к мужу. – Может, они в Людкове еще? Вдруг снова сюда пойдут?

– Не ходили. Мы знали, что вы волнуетесь и решили вернуться.

В Лесутине нас ждали.

– Бабка Маня померла, – вышла навстречу к нам баба Нина. – Не выдержали нервного напряжения. Сердце остановилось.

– А говорили, что вас это не волнует… – тихо сказала я так, чтобы меня никто не услышал.

Бабка Маня всю жизнь прожила в Лесутине.

Дети ее давно уехали в город и жили там со своими семьями. Приезжали они очень редко. Это все, что я про нее знала.

Мы приняли решение остаться в Лесутине еще на одну ночь. Женя с дядей Серёжей поехали в Алферьево на машине. Они хотели машину оставить там и пешком сходить до шоссе, посмотреть, что творится в Людкове. Сказали, что побудут в Алферьеве несколько часов. Понаблюдают. И если зараженные снова появятся на горизонте, то сразу приедут. Выбрали самую тихую машину мужа моей сестры Марины, Димы.

У «ауди» был бесшумный двигатель, который не привлечет внимание за километр. Но сначала надо было убрать бревна с дороги.

Во всех домах снова затопили печи. На всякий случай ведра с водой не убирали, если придется быстро потушить огонь. Папа разобрал старый сарайчик во дворе бабы Мани и начал сооружать гроб для нее. Толик с Димой пошли копать могилу. К обеду все было готово.

Похоронили бабу Маню за ее огородом, до кладбища не пошли, потому что оно было далеко и пришлось бы тащить гроб через поле, а большой машины, чтобы ее туда отвезти, у нас не было.

И шуметь лишний раз не хотелось.

Вернулись Женя с дядей Серёжей, рассказали, что в Людкове тоже море следов на снегу. В домах, которые не были закрыты на замок, двери нараспашку. Больные съели все продукты, кроме круп. Даже замороженное мясо было покусано. Значит, зараженные тоже голодные, кушать хотят. Вот только сухие макароны им не по вкусу, и закрытые двери они не умеют открывать.

Консервы и заготовки на зиму тоже остались нетронуты.

Я вспомнила, что дверь магазина осталась открытой.

– Там они тоже все съели? – спросила я.

– Еще как! – ухмыльнулся Женя. – Хорошо, что вы много успели вывезти.

Он достал из машины три бутылки водки.

– И хорошо, что водка им не по вкусу, – ухмыльнулся он. – Надо отметить это.

– Не надо, – сказала я. – Еще рано. Они могут вернуться.

– Вряд ли, – сказал дядя Серёжа.