Любовь. Сборник сочинений в 3 томах

Кажется, ей 17 только исполнилось.

– Я не могу ждать ни минуты.

– Дружище, придумай что-нибудь. Баб много, есть же у тебя… Аня.

– Ты не понял – это совсем другое.

– Да, дела… вот это развязка! Школьный роман. Полыхаешь значит… – зажгла… и потушить только сама может. Сильна бестия, ох сильна! Мне-то ты, что роль свата предлагаешь?

– Знаешь, я, наверное, пойду домой, боюсь – наделаю глупостей.

– Да, с такими мыслями и с огнём в груди, лучше спрятаться подальше на время.

Иван долго бродил по городу, потом пришёл домой и уснул.

Утром раздался телефонный звонок, мать подняла трубку.

«Хорошо, Лена, позову. Ваня это тебя, – почему-то звонит Синицына?».

– Иван Сергеевич, Вы, наверное, думайте, что я сплю после вчерашнего, точнее сегодняшнего вечера, а я не могу уснуть. – Он долго молчал, Лена тоже молчала.

– Выходи к воротам городского парка, я приеду туда через минут 15 – жди меня там, – сказал он и положив трубку, посмотрел на мать, всё это время пристально смотревшую на него.

– Мама, я хочу жениться на Синицыной, понимаю, это для всех, как гром средь ясного дня, но со мной все эти дни происходят невероятные вещи: всё горит внутри от мысли о ней.

– Но, ведь, в школе война из-за неё! И у тебя Аня… это так неожиданно. А она что, хочет, чтобы ты на ней женился?

– Не знаю. Сейчас поеду, спрошу.

– Ей же учиться ещё, она же совсем молоденькая, всего – 17. Вас не распишут.

– Мама, разве это главное?.. Главное то, что я в ней увидел.

– Что?.

– Любовь, мама, любовь.

– А все думали: кого она любит?..

– Папа, я беру машину, уезжаю.

Лена стояла у ворот городского парка в тоненьком коротеньком платьице,

плотно облегающим её красивую спортивную фигуру и босиком, держа туфли в руках. Он открыл переднюю дверцу, но она помотала отрицательно головой, села на заднее сидение. Иван внимательно, молча смотрел на неё.

– Мы вчера с классом прошли всю набережную – туда и обратно, я натёрла мозоль, даже старые туфли не могу одеть.

– У меня есть место, рядом с дачным посёлком, где мало народу и можно купаться. Там будем лечить твои ноги, едим? – Лена пожала плечами, – значит, едим.

Они стояли на берегу, погрузив ноги в ил с песком.

– Тебе так легче? – она, улыбаясь, утвердительно мотнула головой. – Ты не сказала сегодня не одного слова.

– Неправда, я позвонила Вам, и утром… но не дал ей договорить, обнял и крепко поцеловал в губы.

Глаза её снова заблестели.