В отражении дождя

И при этом ты винил ее в вашем разрыве? – Матвей осторожно взял со стола бутылку воды, отвернул крышку и налил полный стакан. Пузырьки газа весело побежали вверх по стенкам, словно играя в догонялки. Он сделал большой глоток и грустно хмыкнул.

– Со стороны это слышится еще более по-идиотски. Но не забывай, мне было тогда 19 лет. Казалось, вся жизнь впереди, и я не имею права связывать себя сейчас по рукам и ногам. А как же свобода, личное пространство? Друзья, вечеринки, девушки?

– Ты сам сказал, с первого взгляда стало понятно, что Аделина – твоя судьба.

Такое чувство не обманывает, – я пыталась внести ясность, но у меня ничего не получалось.

– Это правда, – он вздохнул и снова запустил руку в волосы. Я машинально отметила, что наш штатный психолог всегда говорит: такая привычка – способ успокоить себя на подсознательном уровне. Значит, он все еще переживает. – И я понял, что ошибся, сразу же, как за ней закрылась дверь в ту дождливую ночь. Но был слишком горделив, чтобы бежать следом и возвращать.

Стыдно признаться, на секунду я даже почувствовал облегчение, что все закончилось. Мне не нужно было ни под кого подстраиваться, не нужно было соответствовать ничьим ожиданиям, я больше не мог никого разочаровать. Я волен был делать что хотел. Но я уже ничего не хотел.

Матвей встал и подошел к окну, где не по-осеннему теплое солнце нежно обнимало лучами остывающую землю. Он с грустью и облегчением смотрел на безоблачное небо и вдруг обернулся ко мне.

– Ты не знаешь, когда обещают дождь? – в его голосе вдруг послышалась надежда на что-то.

– Со вчерашнего дня ничего не изменилось: на этой неделе не должно быть осадков, – я развела руками. – Но ты знаешь наших метеорологов… У них семь пятниц на неделе.

– Нет, ваших не знаю, – он хитро сверкнул своими почти черными глазами. – Но если они такие же, как из моей реальности, то дело дрянь!

– Слушай, я пока ничего не понимаю. Ты обещал рассказать мне что-то, что всколыхнет всю общественность, а я пока узнала только историю одной любви и одного расставания.

– Имей терпение, – голос Матвея звучал по-гипнотически успокаивающе. На мгновение показалось, что сейчас он погрузит меня в транс. Что за странный человек? А если он и правда владеет гипнозом? Вот расскажет мне сейчас какую-то чепуху, а я возьму и поверю только потому, что он так захочет? А потом газеты и журналы конкурентов выйдут в свет с громкими заголовками «Главред Life & Science попалась на удочку мошенника».