Приглашение в замок

– Я знал, что они были любовники, но… чтобы венчаться уже через час… – щелкает он крышкой часов. «О, женщины! О, нравы!» Братец тоже хорош!

– А вот порочить честное имя наследного принца не стоит. У вас только один способ остаться в живых.

– Что значит «остаться»? Я жив!

– Да, вы живы, но, кто явился на место принца, неизвестно. Можете, конечно, оспорить свое положенье в суде, но вас признают сумасшедшим. Мало того, боюсь, вас осудят за вторжение в труп. Сейчас вы отдадите мундир и ордена, а мы обрядим вот этого точного покойника, – указывает собеседник принца на лежащий рядом труп, – и похороним его за неимением достаточно достоверного трупа нашего князя.

– Не желаю я быть философом, я – бонвиван!

– Это ваше право выбирать жизнь, достойную кошелька. Отныне будете жить по средствам.

– Мне на роду написано жить не по средствам. Принц я или не принц, хотя бы и бывший?

– Вам сейчас положено в гробу лежать, а то, что вы антимонии тут разводите, свидетельствует о том, что вы – философ, возомнивший себя принцем.

– В противном случае…

– В противном случае вы возвращаетесь в могилу. Вам памятник уже могильный поставили.

– Так быстро!?

Бронзовый ангел несет мраморный земной шар на спине. На шаре восседает смеющийся сатир, на его голове обнаженная красотка танцует канкан, придерживаясь одной рукой за ветку, нависающую над монументом.

* * *

– Кто, кто, кто разрешил вам смотреть запрещенный фильм? – кричит пыхтящий бургомистр, появляясь на площади перед Адамсоном, выходящим из кинотеатра. – Кто впустил?

– Никто. Я увидел афишу, поискал кассу, никого не оказалось, зашел, сел, посмотрел, что показывали.

– Как же вам не стыдно, молодой человек? Пришел, увидел, посмотрел! Скажите еще: победил! Фильм запрещен цензурой, церковью и местным советом.

– Зачем же показывать то, что запрещено?

– Фильм не показывают, а демонстрируют, – говорит из-за плеча бургомистра секретарь.

– Не вижу разницы.

– С ритуальными целями!

– В зале все равно никого не было. Зачем демонстрировать то, что нельзя посмотреть?

– Смотреть могут только три человека в городе. На первый раз мы вас простим, в следующий раз будете наказаны!

– Но…

– Никаких «но»! – говорит бургомистр и уходит.