Дума

Для меня это чуждо. Я говорю свое имя только настоящим друзьям, в которых я уверена на сто процентов, никак иначе. А для этого должно пройти порядочное количество времени.

– Таких людей как вы? Это каких же?

– Скажем так… Перетерпевших некоторые потрясения в жизни. Переживших, если не апофеоз неприятностей, то что-то похожее, близкое к этому по значению.

– Хм. – задумался Василий. – Вы пережили много бед?

– Достаточное их количество, чтобы опустить руки…

– И вы опустили? – спросил Василий, глянув краем глаза на Кану.

– Старалась не опускать, – ответила она, потирая очки двумя пальцами. – И вроде бы не опустила.

– Что придавало вам сил?

– Слушайте, это долгая история, давайте я вам расскажу её в другой раз, при случае? – Было видно, что Кане говорить об этом не слишком приятно. «Наверно, не хочется открываться какому-то доходяге, – думал Василий. – Оно и понятно, не нужно мне открываться. Кто я такой вообще, чтобы такие вопросы задавать?»

– Ну хорошо, – ответил он.

Кана кивнула, не то ответив таким образом на слова Василия, не то утвердившись в каких-то своих раздумьях.

– А что сподвигло вас на это? – не унимался Василий. – На то, чтобы не говорить свое имя случайным людям.

Кана задумалась на какой-то промежуток времени:

– Трудно объяснить. Давайте я постараюсь сформулировать ответ и дать его позже.

– Хорошо.

Какое-то время Василий и Кана лишь молча сидели на лавочке, наслаждаясь погодой. Голубоватые облака, словно нанесенные кистью художника, мирно проплывали по бездонному небу, которому, казалось, нет конца, листья деревьев легонько шелестели, словно боясь кого-то побеспокоить, солнце приятно светило теплыми лучами.

– Классная у тебя кепка, – сказала Кана.

– Мы уже перешли на «ты»? – спросил Василий улыбнувшись.

– А ты против?

– Нет… Что ты, совсем наоборот. Мне нравится. А кепка да, – Василий снял кепку и посмотрел на неё оценивающем взглядом, – классная, с детства ношу.

– И ты с этой кепкой так давно не расстаешься?

– Ну, вообще да. Люблю её, не знаю даже почему. Вроде и простая на вид, ничего приметного, но что-то в ней есть. И это что-то притягивает меня и заслуживает мою любовь.

– Хорошо сказано.

– Спасибо. А у тебя как, со зрением хорошо? – спросил Василий, наблюдая, как Кана снимает очки.