Движение прозрачной пустоты

Иванов, Каминский, Старовойтов, – за дровами… Остальные здесь и ни на шаг, – уже командовал Смирнов.

Пока набирали воду, Женя прополоскала одежду Щепкина.

«Надо придумать обувку Юре, а то как он дальше босиком по тайге пойдет? – размышляла Женя. – Даже я не хожу босиком, а он городской. Сапоги-то в болоте утонули».

Вернулись на поляну. Солдаты развели костер. В банках уже шипела тушенка.

– Юра, сходи умойся хорошенько. Ребята тебя проводят к ручью, – заботливо посмотрела на Щепкина Женя.

Развесила одежду Щепкина у костра.

– Вечная лошара, – сплюнул Старовойтов. – Мало его гнобят. Опять всех подвел. Влетит из-за него от командира.

– Что вы над ним издеваетесь? Слабого нашли? Сдачи дать не может? – не сдержалась Женя. – Смелые, посмотрю, со слабым воевать. Вместо того чтобы помогать, вы его добиваете. За что? Никто из вас не знает, как бы повел себя в критической ситуации. Он чуть не утонул. Ничего страшного нет в его слезах. Вовсе не признак слабости. Придумали себе, что мужчинам стыдно плакать.

Он всего лишь человек и имел право испугаться. Это из-за вас он так далеко пошел нужду справлять и в яму свалился, потому что вы смеетесь над ним. А вот я вижу, что такие, как Юра, на первом посту не сдадут, если им иголки под ногти загонять будут. – Жене стало не по себе. Аж передернуло. Она замолчала.

– Поешь, Женя, – прервал тишину Смирнов.

– Не хочу. Потом поем, когда дойдем. А пока принесите в жертву один рюкзак. Надо Юре обувь сообразить. – Женя уселась удобней.

«А я об этом даже не подумал, командир, – отметил для себя Смирнов. – Вот девка!»

Солдаты освободили один рюкзак. Было интересно, что за обувь будет мастерить Женька.

Она вырезала ножом четыре лоскута. Проколола в них дырки по краям. Разрезала шнурок на две части. Поднялась. Сняла с сухой молодой березы бересту. Нащипала сухого мха. Положила сначала один кусок брезента, затем бересту, потом мох, потом опять брезент. Вставила шнурок и затянула. Получился брезентовый носок.

– Ну вот, дешево и сердито, – похвалила себя Женя, повертев из стороны в сторону своё изобретение.

Солдаты не переставали ей удивляться.

– Женя, ты одна стоишь всех нас, – восхищался Смирнов.

– Не льсти, командир, – парировала Женя.

Вернулся Щепкин с ребятами. Было видно, что немного отошел, но еще вздрагивал.

Смирнов молча протянул ему банку с тушенкой.

– Спасибо, – прошептал еле слышно Щепкин, слезы заблестели у него на глазах.