Избранные нетленки в одном томе

Но я не верил, но я метался

И сомневался, всё сомневался:

«Неужто сны вдруг явью станут?».

Так часто в жизни я был обманут!

Но мне шептали луна и звёзды,

Трава, листва, былые грёзы,

Вершины гор и ветра губы:

«Она полюбит, она полюбит!».

И вот, когда не стало мочи

Быть одному в зиндане ночи,

Ушло терпенье, какое было,

Ты полюбила! Ты – полюбила!

«Мне придётся уйти из твоих лабиринтовых буден…»

Мне придётся уйти из твоих лабиринтовых буден,

Мне придётся влачить одиночество в дальних краях:

Всё вокруг говорит, что мы вместе отныне не будем,

Даже отблеск в твоих потускневших от сплетен глазах.

Ты боишься людей… и, наверно, их надо бояться…

Не дано угадать, кто из ближних тебе навредит.

Я совсем не хочу, дорогая, с тобой расставаться,

Но не дремлют друзья, да и враг, как известно, не спит.

Мне придётся уйти, как уходят года, безвозвратно.

Я с собой унесу наши светлые дни и беду;

На прощанье скажу что-нибудь торопливо-невнятно

И тебя обниму, как в минувшем осеннем ладу.

Мне придётся уйти: я не вижу иного исхода.

Мне придётся уйти против воли своей и твоей.

И людская молва провоцирует глупость ухода:

Ей вовек не понять, что не входит в порядок вещей.

Мне придётся уйти. Но одна меня гложет тревога:

Что с тобой без меня может что-то произойти;

Оттого не спешу и в раздумье стою у порога,

И жалею о том, что придётся мне всё же уйти.

НАВЕРНО

Я, наверно, придумал тебя

Из минувших своих поражений

На полях беспощадных сражений

За любовь, за мечту, за себя.

Я, наверно, не понял того,

Что действительность – враг идеалу,

Что фантому любить не пристало

Никогда, никого, ничего.

Я, наверно, твой образ верну

Породившим его заблужденьям

И подвергну себя осужденью

За свою роковую вину.

Я, наверно, забуду твои

Разговоры, глаза, поцелуи

По причине растраченной всуе

Извращённой хулою любви.

Я наверно предвижу итог:

Ты придумана будешь другими,

Но черты твои станут нагими…

То, что я допридумать не смог.

НЕИЗБЕЖНОСТЬ

Ты будешь всегда надо мной издеваться,

Ты будешь всегда избегать моих слов.

Я был бы готов за тебя передраться

Со всей этой сворой борзеющих псов,

Но ты, не сумевшая выйти из прежних,

Капризно-разнузданных дней и ночей,

Живёшь королевой надменной и снежной,

Не веря слезам обгоревших свечей.