Еще одна грустная книжка

А я в 3:30 как раз сел писать письмо отцу, первый раз в жизни, как я его люблю. В 4:05 закончил, разбудил Галку жену, Ванечку и мы поехали к дедушке, ухаживать за ним после операции и жить с ним. Он это знал, что его невестка и внук утром 23-го уже будут в пути. Но в 8:08, за две минуты до отхода поезда – звонок сестры Галки: отец умер…

Вот и всё.

Договорили мы с ним или не договорили?

Я не хочу снова где-то жить в других измерениях, реинкарнациях. Не хочу. Я люблю своих любимых здесь, на Земле.

А вот, чтоб батя, хочу, чтоб он всё же пожил ещё без этой вечной полувековой боли в ногах.

Ад он уже прошёл. Ровно 21 раз уходил от смерти. В 24 года даже воскрес – буквально восстал из гроба в палатке на Аксауте. В восемь лет он был ранен в партизанском отряде Ковпака, награждён медалью «Партизану Отечественной войны». Дважды стоял на карательных расстрелах… и когда спасал рабочих в шахте, тут-то, в этом любимом им подземном царстве меди и горного хрусталя, ему и завалило ноги.

Если б знать, что там можно встретиться с ним, пусть мерцает тот свет – эта звезда не только моей последней надежды. Если нет, то такой тот свет мне не нужен. С детьми я здесь всё договорю, и с жёнами, и с добром, и злом.

Наверное, самое важное он бы мне сказал, и наши стеснительные отношения не были этому помехой. Его последние слова мне, в 12:48 14.11.2012, перед операцией, по сотовому: «Так хотел, чтобы летом приехали девочки! Держись Гали.

Береги Ваню». А я ему: «Счастливого пути!»…

С ума сойти!!!…

Его «театр» закончился изумительной сценой из «Тихого Дона». Получилось, я – Григорий Мелихов, он – его батя, Пантелей Прокофьевич. Влетает – злой! за обиженную мной невестку – толстовская борода, шевелюра – серебряным окладом во все стороны, и прям при Насте поднимает костыль – и срывающимся голосом мне: «Я не уверен, что тебя довезут до хирургического отделения!»… СТОП! – «хирургического отделения»… Он его уже давно боялся, это для него геенна огненная.

И, наверно, чувствовал, что он оттуда не выйдет. Как я бате – «Счастливого пути» в мирах Бардо Тодол и Магеллановых Облаках, так и он мне – «не довезут до хирургического отделения». То есть оберегал меня от своего ада.

Наверно, договорили.

Мы знали, что любим друг друга, но пути и увлечения у нас были разные, редко пересекающиеся.