Женат на Ундине

И он тоже это понимает.

Лишь на миг мы встречаемся глазами, и оба понимаем – все. Нет больше ссоры. И хоть я все еще сержусь на него за Асю, но не хочу убить. Потому что вдруг осознаю, по его виноватому взгляду в ее сторону, по тому, как он старается держать свой характер в руках – о, а это непросто! – что Вист раскаивается. Даже если его подчинили, затуманили разум, обманули – он никогда бы не посягнул на то, что принадлежит другому.

Это было в нем всегда.

Я вдруг вспоминаю об этом качестве и прощаю.

В ладонях мягко греет мятный чай, сияющий взгляд моей капельки ударят по нервам тихой радостью. И я понимаю – она ведь это специально. Не зная всего, лишь следуя интуиции, она мирит нас. Не зная, что нам обоим, бывшим друзьям, на самом деле очень больно ссориться друг с другом.

И я ей улыбаюсь.

В замке лязгает ключ…

***

– Милый, постарайся, пожалуйста не придушить его до смерти. – ласково поет Ася, и я чуть ослабляю хватку водяного хлыста.

Андрей судорожно вдыхает…

Да, я помню, что обещал позволить Асе самой разобраться с этой пародией на человека. Оно само. Честно. Стоило лишь услышать голос и увидеть закаменевшее лицо Аси, как уже через мгновение, этот человек стоит передо мной, глухо булькая паникой. Глухо – потому что вода глушит звуки. Не так сильно как песок, но все же. У прошлой Аси изменено восприятие, да. Но слова Андрея действительно были произнесены, тут мы ничего не меняли.

Я убираю воду от лица «мужчины» только после того, как прошлая Ася уходит.

Ася отмирает от собственных воспоминаний не сразу. Теперь, когда события начинают закручиваться, ее память исправляется, возвращается утерянное.

Я не спрашивал, так ли это.

Просто знал.

И видел, как она сосредоточенно хмурится, раскладывая информацию по полочкам.

Взгляд на меня – все еще любовь. Не замечаю, как выдыхаю с облегчением.

Взгляд на человека – и нас всех вдруг пробирает дрожь. Я вижу, как нечто темное, опасное, поднимается со дна сознания моей капельки.

Сейчас здесь стоит Стася. Хотя… Нет. Эта тьма не промозглая, как была у нее. Эта тьма – глубокая, ночная, хищная. Но не стылая. Просто опасная. Какое счастье, что не для меня.