Пространство. Сборник рассказов

– А… а ваша семья? Ваш дядя, который… насиловал вас… кузены, которые устраивали на вас охоту… я не понимаю…

– У них есть свои оправдания. Моего дядю, когда тот был малышом, избивал и насиловал собственный отец. Это покалечило его психику. Естественно, он не хотел быть таким, как его отец, ведь это такое безумие – поступать так с собственными сыновьями… хотя желание было невыносимым… А когда мои родители погибли, он взял меня под опеку, чтобы предаваться своим утехам. Мой дядя – всего лишь жертва насилия.

А мои кузены, выросшие под влиянием моего дяди, просто оказались заложниками обстоятельств, когда дядя просто избивал их, как когда-то бил его самого отец. Мои кузены вымещали злобу на мне, и имели на это полное право.

– А как же одноклассники Клэя?

– Я не знаю их судеб, но, могу предположить, что они хотели самоутвердиться. Подростки – что с них взять?

– Я… я понял…

– Тебе по прежнему нечего нам рассказать?

– Я рассказал все.

– Хорошо. – Эдвард развернулся и пошёл обратно в центр круга.

 – Поаплодируем Элану!

Когда мероприятие закончилось, и люди буднично стали покидать комнату, я вышел вместе со всеми с полным ощущением понимания всего, что происходит. Мы сели в машину, и Клэй стал без остановки делиться со мной впечатлениями. Но я не слышал, так как был глубоко погружён в свои мысли. Доехав до моего дома, Клжй предложил пропустить по стаканчику в баре напротив. Я отказался, сославшись на усталость.

Закрыв за собой дверь в квартиру, я позвонил маме.

– Ма, привет. Помнишь, ты говорила, что миссис Джонас искала садовника? Мне нужна работа.

Черт, я совершенно не умел работать в саду. И я не начал новую жизнь с понедельника. Помню, словно это было вчера, что тот день, проведённый в клубе анонимных оправданий, был вторником.

С Клэем мы с того дня больше не виделись. Его номер был недоступен, а в его съёмной квартире никого не было. Пусто. Когда с непонятным мне бесстрашием я решил проведать тот самый клуб, то приехав на своем новом (поддержанном и дряхлом) кроссовере я не обнаружил того двухэтажного здания из красно-желтого кирпича.

Пустырь. Никаких фиолетовых дверей, черных ручек, густого фиолетового свечения. Даже контейнера, из которого сочился запах дохлых кошек, я не обнаружил.

Это было то самое место. Но оно было совершенно пустое. Странно, но я совершенно не удивился – то событие с тех пор казалось мне далеким сном.

Я вспомнил это не просто так.