Собрание сочинений. Том четвертый. Рассказы

– А откуда вы говорите? —

– Из будки на углу, у «Гастронома». Имейте ввиду, – добавил Анатолий, – я богатый, в смысле, – у меня есть бутылка «столичной» и круг колбасы. —

– А у меня шампанское! – выпалила Алёна.

– Отлично! Я жду вас тут. —

Алёнушка набросила на плечи своё зимнее пальто и, сунув ноги в теплые зимние сапожки, выбежала на улицу. На углу у витрины «Гастронома» толкался рослый парень в дублёнке. В одной руке он держал завёрнутую в бумагу бутылку, в другой круг колбасы.

– С Новым годом! – сказала Алёна, подходя к нему.

– А-а, Алёнушка! С новым… —

Он подхватил её под руку – Куда? – и они побежали через улицу, к подъезду дома. Как это часто бывает с женщинами, своё смущение и замешательство Алёна скрывала под напускной развязностью. Молодой человек был в скользких ботиночках и во дворе поскользнулся. А она успела оббежать небольшой сугроб на газоне стороной.

– Прыгайте скорее напрямую, тут сугроб! —

Анатолий прыгнул и перепрыгнув сугроб обнял, и прижал её к себе. И Алёна не убрала его руку, а сказала только:

– Скорее.

Не успеем! —

Со стороны можно было подумать, что не студент, а Алёна уже проводила старый год (кто был пьян, надо было рассмотреть). Они поднялись на лифте очень быстро. Алёна открывала дверь, и пока снимали свои «шубы», из комнаты, где стоял телевизор, донесся знакомый гул Красной площади. До наступления Нового года оставались считанные минуты. Даже отдышаться, даже осмотреться было некогда!

Алёна взяла за руку студента и потянула к столу.

Едва они успели наполнить бокалы шампанским, как раздался бой курантов.

– С Новым годом! – сказал Анатолий.

– С Новым годом! – сказала Алёна.

Они чокнулись, выпили и только после этого сели за стол. И впервые за этот безрассудный час Алёна перевела дух и осмотрела парня. Молодой человек был высокий, крутоплечий, одним словом, атлет, «спортивного вида», как говорят. Серые глаза его смотрели на Алёну с некоторым разочарованием во взгляде, чувствовалось. «Он надеялся, что я моложе его Ирины, – подумала Алёна.

 – А я вот такая…». На вид ему нельзя было дать больше двадцати – двадцати двух лет. Глядя на него, Алёна вдруг испытала что-то подобное ревности к той неизвестной ей Ирине. «Наверное, девушка-студентка, он думает о ней и сожалеет, что они врозь в этот Новогодний вечер, – подумалось Алёне.

– Ну, а теперь, может, вы пойдёте к своей Ирине? – вслух сказала она.

– Зачем? «Мне и с вами хорошо!» – подчеркивая возрастные различия произнес студент.