Вперед, по жизни

Поэтому Лёнька, не раздумывая, подбежал к Витьке и принял из его рук рукоятки гидромонитора.

Монитор сразу же начал вырываться из рук. Пришлось приложить все силы, чтобы держать его и направлять струю для размыва породы в нужном направлении.

К тому же приходилось ещё делать кольцевые движения, которые бы забрасывали воду вместе с песком и глиной на слип, на котором и лежали коврики с ртутью.

На такую работу у Лёньки хватило сил не больше, чем на полчаса, руки у него онемели от прилагаемых усилий и монитор начал сам вырываться из них.

Василий, увидев это, передал рукоятки пушки Сашке и, смеясь, прокричал:

– Во-во, а мы тут по двенадцать часов вот так работаем, и ничего, – на что Витька ответил:

– Но вы же за это деньжищи получаете и не малые.

Василий весело отреагировал на Витькино замечание:

– А вы деньги получаете за то, что лес рубите. Каждый должен делать свою работу!

Мальчишки, мокрые с головы до ног, отошли от эстакады с гидромонитором и, ещё посмотрев, как ловко управляется с такой непокорной пушкой Василий, развернулись и двинулись к дому.

Серый, как всегда, бежал впереди мальчишек.

Весело переговариваясь и делясь впечатлениями о работе с гидромонитором, ребята вернулись на прииск.

И, как будто невзначай, им на встречу попалась Ленка. Она или чувствовала, когда мальчишки вернуться или специально их поджидала.

Увидев приближающихся мальчишек, она сделала вид, что как будто случайно оказалась на улице.

– Ой! А чего это вы сегодня так рано вернулись? – удивленно встретила она их.

– Нигде мы не плутали, – за всех начал отвечать Витька. – На гидравлику ходили. Знаешь, как там здорово! – Витька первым подошёл к Ленке и начал ей рассказывать о своих впечатлениях, яростно размахивая руками.

Витьке Ленка оказывала особое внимание, у них появились какие-то общие секреты, и они постоянно о чём-то шушукались и где-то бродили вечерами.

Темнеть начинало в начале десятого. Так они до самой темноты где-то вдвоём ходили и о чём-то разговаривали.

Вот и сейчас, размахивающий руками Витька, чуть ли не прилип к Ленке. Ему уже было наплевать на друзей. Он выглядел глухарём на току. Сейчас он кроме Ленки уже никого не видел и ничего не слышал.

Лёньку с Сашкой вообще не волновали их отношения, они занимались своими делами.