Убить или Влюбить. Книга 2

Сандалии не совсем вязались с обликом свободного уличного артиста, тут бы больше подошли шлёпки, но профессия предполагала частые и внезапные контакты с полицией, всегда переходящие в быстрый бег по улицам Бразилии, заставленным лотками и ящиками – в сандалиях, понятно, удобнее. К слову, преследователи не очень старались догонять – все ведь проплачено…

Так бы и шла карьера Жозе в гору, если бы не казус в лице ассистентки Лилит. И когда выяснилось, что девушка не только его ассистентка, но и любовница Босса, пришлось выбирать – немедленная смерть или долг с отработкой в золотом карьере Серра Пелата, где смерть весьма вероятна, но хотя бы отсрочена.

Картина вторая, безрадостная, но не безнадёжная. Жозе организует игру и выигрывает.

Оказавшись в Серра Пелата и осмотревшись, Жозе точно понял, что в карьер он не полезет, а попробует заработать на азарте людей и выбраться отсюда живым как можно скорее, желательно – не замарав белых брюк. План рискованный – ведь азартные игры в Серра Пелата были запрещены.

Вечером в бараке Жозе начал своё шоу, и дело пошло. Запреты запретами, а люди хотели отвлечься от смертельной усталости и навязчивых мыслей о том, где же оно, долгожданное богатство. В первый же вечер Жозе выиграл приличный самородок и золотого песка по мелочи.

Картина третья, еще более стремительная, чем первая. Жозе несётся по улице, перепрыгивая через ящики и тележки торговцев.

Понимая, что с таким богатством до утра ему не дожить, Жозе отправился в «город грехов», расположенный неподалёку для удобства желающих этим грехам предаться. Он шёл, избегая патрулей и отсиживаясь в кустах. А утром в городе его уже искали и, конечно, нашли.

Когда полицейский окликнул его, Жозе стартанул. Бежал он так быстро и вдохновенно, что на Олимпиаде-80, которая проходила в тот год в далёкой Москве, вполне мог бы претендовать на медаль.

Картина четвёртая, отчаянная. Жозе меняет стратегию, но не уверен, на что.

Жозе несся не разбирая дороги, и, понимая, что ему не оторваться, заскочил в самые большие двери, которые попались на глаза.

Бордель. У стойки стояла крупная фигуристая женщина – видимо, Мадам.