Как тебе такое, Iron Mask?

Алекс отчаянно ерничал, даже и не зная, на что намекнуть – на все напролом; мрачный Юрий пошел делать ему кофе. Алекс зря наивно высматривал, какой взгляд кинет взбешенный шеф охраны на своего подчиненного или что ему выскажет.

– Ну как? Ну как вы? – начал Алекс глумливо-светский разговор.

– Да вроде ничего, спасибо, Алексей Михайлович.

– Клиент ваш так и не обнаружился?

– О ком вы? О своем отце? Почему. Он здесь.

– Да что вы, – откликнулся Алекс, продолжая издеваться.

Кофе он отпил уже без улыбки.

Как это ни смешно, такого Алекс совсем не ожидал. Формально пребывая здесь лишь ради краткой аудиенции, в какой-то момент он поверил, что сюр так и кончится сюром. Отец не появится. Понятно, что безболезненный отъезд обратно в Шереметьево – без обещанной встречи, с ветерком, с мигалкой – был совсем уж оптимистичным вариантом, но так далеко Алекс старался не загадывать: там как пойдет.

В итоге к разговору, на который он настраивался все это время и, может, полжизни, именно сейчас он был и не готов.

– И где он меня ожидает? В бильярдной? В гостиной? В кальянной?

– Вас? Нигде. – Ринат наконец нашел возможность подколоть и насладился паузой сполна. – Михаил Андреевич приехал в семь тридцать, узнал, что вас нет, и пошел отдыхать.

– Вообще-то вы могли и позвонить.

– А смысл? В девять тридцать, по его просьбе, я его разбужу. Тогда вы и переговорите.

– То есть вы предлагаете мне прождать полтора часа? Как посетителю в приемной?

«Полтора часа» было с потолка. Алекс не только не понимал, сколько здесь времени, но и ленился смотреть.

– Алексей Михайлович, вы прождали порядка восемнадцати часов. Неужели не потерпите еще полтора?

Алекса пробило на ха-ха.

– Это, знаете, была такая история… Наверняка, впрочем, не знаете, но, может, что-то слышали… Как Коперник, перед тем как его сожгли на костре, сказал: «Я подожду еще сто лет, если сам Господь ждал зрителя пять тысяч лет…»

– Это был Кеплер, – ответил охранник с милейшей улыбкой. – И кстати, его не сожгли.

У Алекса испортилось настроение.

– А я хочу поговорить с ним сейчас.

Шутки кончились.

Потому что полтора часа сейчас – это было бы самое оно. Алекс принял бы душ. Почистил зубы. Стоило собрать те свои вещи, которые он успел уже раскидать, потому что краткий деловой разговор, и Алекс – он предчувствовал такой счастливый исход, – отлученный от церкви, отрекшийся от престола, выходит к машине, не задерживаясь более нигде. Михаил Андреевич очень занят.