Книга совпадений. Чудеса на дороге к Богу. Рассказы

Нина прочитала молитву по-грузински, я – по-русски, хозяева дома переглянулись и тоже прочитали «Отче наш» по-армянски.

А дальше произошло вот что: когда Нине стали наливать в тарелку то самое ароматное варево, она отказалась. Принялась что-то объяснять, но я уже без всяких объяснений сам вспомнил, что сегодня среда, постный день, а значит, ни мяса, ни домашних сыров, ни свежего молока, ни супа на бульоне у добродушных хозяев мы не попробуем.

Помидорчик, огурчик, хлебушек и варенье с чаем – вот какой оказалась наша трапеза.

Жаль было до слез!

Через какое-то время хозяйка развела нас по комнатам. Мне досталась высокая металлическая старая пружинистая кровать с перинами из какой-то ушедшей жизни. Вот не думал я, что придется в Грузии спать на перинах!

Напрасно я боялся, что кофе не даст мне заснуть. Как только голова коснулась подушки, я провалился в глубокий сон.

Когда я открыл глаза, на улице было уже светло. Я жил вне времени, потому что часов не ношу, если надо посмотреть время – использую мобильный телефон.

Но мобильного у меня с собой не было, и, который час, я не знал.

Я понадеялся, что еще раннее утро и еще можно лежать сколько угодно.

Но какая-то неуютность в сердце подсказала мне, что это не так.

Я тихонько прошел в гостиную и увидел сидящих за пустым столом Нину, хозяйку, хозяина и их сына. И в каждой фигуре читалось неимоверное напряжение. Я посмотрел на часы. Они показывали десять утра. М-да. Крестный ход должен был выйти из этого села в семь.

Нормально я поспал.

Ну они тоже хороши! Не решились подойти ко мне и разбудить. Ждали, когда я проснусь сам. А как я проснусь? Хорошо, что я вообще встал, а не посчитал, будто сейчас, скажем, пять утра, и не перевернулся на другой бок.

Хозяйка предложила кофе. Я уж собрался утвердительно кивнуть, но взглянул на Нину и понял, что свой кофе я уже давно проспал. Когда мы выходили, сын хозяев дома вынес нам сумку с продуктами на весь наступивший день.

А потом мы с Ниной долго бежали.

Надеялись догнать ушедших без нас крестоходцев. Я даже подумать не мог, что Нина окажется настолько резвой. Но бежали мы напрасно. Первый же перекресток ввел нас в замешательство: как в сказке, мы должны были выбрать одну из трех дорог.

Я чувствовал, что моя спутница сейчас заплачет.

А чего плакать? Надо было взять и разбудить вовремя.

И крестоходцы тоже хороши! Если бы их там десять тысяч было, могли бы уйти без нас.