Последний русский интеллигент. Повести

Чтобы не отставать от них, я тоже вырезал фигуры, которые оказывались, однако, более грубыми и неуклюжими и одевал их в военную форму: гимнастерку с медалями или военно-морской китель с золотыми ветвями на воротнике, – на большее разнообразие меня не хватило. Оставалось решить проблему штанов и сапог, но вырезать их было довольно сложно, к тому же их было чрезвычайно трудно подвесить, чтобы они не свалились и не отсоединялись от ног, и я решил просто закрашивать то, что было ниже пояса: галифе с сапогами или черные брюки, но тогда и вся затея с переодеванием теряла смысл, ибо к галифе не подходил китель, а к брюкам – гимнастерка.

С бумажными красавицами и солдатами мы со Светой разыгрывали что-то вроде театральных сценок, изображая какие-то разговоры между ними: солдат гордо отправлялся на войну, красавица клялась его любить и ждать. Люда только рисовала и не принимала участия в наших играх, считая якшаться с малышней ниже своего достоинства.

Но иногда наши игры приобретали совсем иной характер. Насколько я помню, инициатором всегда была Света, очевидно, вследствие того, что девочки раньше созревают. Любопытство к тому, чем отличаются мальчики от девочек, смешивалось с первыми проблесками чувственности.

– Давай играть в докторов, – предлагала Света.

– Давай, – соглашался я.

– Только для этого надо снять трусики, ты покажешь, что у тебя там?

– Только если и ты покажешь.

– Сниму.

– Тогда и я тоже.

Несмотря на то, что нам никто ничего не говорил, каким-то образом мы знали, что занимаемся чем-то запрещенным, почти страшным, о чем ни в коем случае не должно быть известно родителям.

И, тем не менее, Ольга Петровна застукала нас, когда мы «играли в докторов» на кухне, сидя на цинковом баке с грязным бельем.

Невозможно описать ощущения ужаса и унижения, которое я тогда испытал. Я плакал и умолял ничего не рассказывать моим родителям. Рыдала и Света, страстно обещая, что мы «никогда-никогда больше не будем!», умоляла не говорить отцу.

Желая устроить примерный суд, чтобы раз и навсегда отбить у нас охоту к подобным играм, Ольга Петровна потащила нас к дяде Саше (благо, моих родителей дома не было).