Одиночество Лины

Что я должна сделать?

– Вначале скажу, что, хотя вы и отсутствовали два дня, мы считаем только один.

– Это весьма великодушно, – из вежливости согласилась Лина.

– Да. Мне только нужно, чтобы вы подписали эту форму, где говорится, что вы понимаете и принимаете как будут учитываться эти дни по нетрудоспособности.

Гамильтон положила форму на стол и пододвинула ее к Лине. Лина слегка нагнулась, чтоб рассмотреть этот бланк, но вдруг почувствовала резкую боль в боку. Ей захотелось закрыть глаза, сделать вдох и на выдохе поглотить эту боль, но она забоялась, что это будет слишком заметно для Гамильтон.

– Второй вопрос – подписать соглашение, где говорится, что ни компания, ни ее владельцы и руководители не заставляли вас возвращаться к работе в столь короткий срок, – сказала Гамильтон, положив перед Линой, сверху первого, второй документ. – И в случае возникновения проблем, вы не будете обвинять компанию, ее владельцев и представителей.

Лине захотелось закатить глаза, но она она удержалась.

– Конечно, – вместо этого сказала она и подписала второй документ.

– Очень хорошо. На этом мы решили все вопросы, – беспечным голосом сказала Гамильтон, взяв документы и сложив их обратно в папку.

– Теперь, вы можете вернуться к своим обычным обязанностям, – сказала она с улыбкой.

– Спасибо, мисс Гамильтон, – сказала Лина, сжав подлокотники кресла, готовясь встать.

– Еще один момент – Стринджер просил вас зайти к нему. Пожалуйста, зайдите к нему сейчас, – сказала Гамильтон.

– Он уже вернулся из Лондона? – спросила Лина.

– Да, вчера вечером, – почему-то с гордостью сказала Гамильтон.

Гордость, должно быть, была вызвана тем, что начальник не стал брать выходной из-за разницы во времени.

– Хорошо. Я сразу же зайду, – согласилась Лина с просьбой.

Стринджер ей нравился.

– Хорошего дня, – ответила мисс Гамильтон в ответ.

Лина надеялась, что Гамильтон отвернется, когда она будет вставать и не заметит, что Лине больно вставать, но Гамильтон не отвернулась, а Лина не могла скрыть, что ей больно вставать с этого кресла.

Увидев, что Лине больно, Гамильтон отвернулась к экрану и притворилась, что проверяет почту. Эти документы о непричастности компании уже были подписаны, и свидетельствовать обратное ей не хотелось.

Лина повернулась и медленно вышла из кабинета Гамильтон.