Иглы в воде

Анис

(ДВОЕ ОБЪЕДИНИЛИСЬ В НЕСКОЛЬКО КАПЕЛЬ)

Прежде чем эта пара показалась мне настойкой, я знала её несколько секунд.

Ночь. Приёмный покой. Сижу на скамье я и одна студентка из Горного университета с подозрением на аппендицит. Разговариваем о жизни. Стрелки настенных часов показывают четыре часа утра. В углу за всем, что творится в больнице, наблюдает старичок, работающий здесь охранником. Он еле держится, кажется, сейчас упадёт. Глаза его ничего нам не открывают, скорее, пребывают в полной власти пустоты и безысходности.

В наш покой врывается пара. Она кричит, будто кто-то её режет, он смеётся, но продолжает катить свою даму внутрь больницы. У пострадавшей вылетел в левом бедре штифт – ей больно, она не может шагу сделать.

Оба пьяны. Женщина чуть больше и не старается ничего скрывать. Сёстры, проходящие мимо, чертыхаются: какого лешего так поздно к ним заявляются бомжи?

Я присмотрелась. Опухшие, грязные, точно сделаны из коричневого цвета, они издавали какие-то звуки. И всё же он был моложе и чище.

– Остался час, Вика! Час – и мне нужно будет вставать и идти на работу. Ты знала, что сегодня будет трудный день, ну кто просил тебя так здороваться с братом, кто? – вдруг мужчина резко повернулся в мою сторону и осоловевшими глазами уставился в мои. – Представьте, это они так в разгар ночи решили поприветствовать друг друга! – он ухмыльнулся не без тени сожаления.

– Скотина ты, Вова, порядочная.

– Да? А ещё кто? – он закрыл глаза и опустил голову. – Я ведь дождусь врачей и уйду, правда, уйду.

– Да вали сейчас, скотина, вали. Что же ты сидишь! – женщина попыталась встать с каталки, но ничего не получалось – бедро тут же давало о себе знать, и она ненадолго успокаивалась. В её взгляде читалась водка. Много водки.

– Бросок так бросок, – он вновь удручённо покачал головой. – Как вы мне надоели.

Она подъехала на каталке вплотную к своему мужчине.

– Что приехала?

– Захотела и приехала. Я ведь тебя убью, – она резко замахнулась и тут же опустила руку.

– Ну попробуй, – ему было сорок, ей все пятьдесят.

– И попробую, – Виктория заливалась смехом на весь покой. – Ты скотина, ты меня не любишь.

– Не люблю, – он вновь сделал вид, что спит.

– А я знала, знала… Пусть будет проклят тот день, когда я встретила тебя, – женщина посмотрела на меня не пронзительно, но с готовностью чем-то поделиться.

– Полгода назад, летом встретились – и всё, не можем расстаться, – Владимир тоже принялся смеяться.