Дело Мокрого, Куцего, Кости, Зюзи и Наны

К счастью, «монстром» оказалась обыкновенная морская звезда.

– Б-уу-э! – вырвалось из банки что-то нечленораздельное. – Ну вот, опять стошнило! Предупреждать же надо, прежде чем устраивать тайфун в моем доме, – обиженно забулькал морской житель. – Я и так в последнее время выворачиваю свой желудок наизнанку не тогда, когда голоден, а когда нервничаю или переем, чего раньше за мной не наблюдалось.

– Да так ты скоро совсем человеком станешь! – сквозь смех сказала обезьяна. За ней покатились от хохота крокодил с попугаем, да и звездный обитатель банки начал хихикать.

Смешно стало и Косте, о котором все на время забыли, как будто он всегда был частью этой компании. Его вдруг резко отпустил страх и начал разбирать смех. А что еще делать, как не смеяться, если у вас крокодил просит денег, морскую звезду тошнит, а обезьянка умничает.

Немного успокоившись, Костя, наконец, смог разглядеть, какой жалкий вид имела вся эта странная компания: крокодил почему-то был коротышкой с кривой пастью, обезьянка, по-видимому, страдала ожирением, попугай где-то растерял половину перьев, а у морской звезды был блёклый вид.

Косте они напомнили старые грязные и потрепанные игрушки, выброшенные на помойку. Желание убежать у него пропало, и он решил, что обязательно постарается чем-нибудь помочь зверушкам.

Спохватившись, первой заговорила обезьянка, похоже, что она была атаманшей этой банды:

– Мальчик, не бойся, мы тебя не обидим. Скажи, как тебя зовут?

– Костя.

– Сколько тебе лет, и почему ты один гуляешь в лесу?

– Десять.

У меня есть только папа, но живу я в детдоме, – Костя вдруг замялся и, потупившись, уточнил. – Жил.

Услышав последнее, обезьянка, незаметно для Кости, подмигнула товарищам, мол, «то что надо» и нарочито спокойным тоном продолжила:

– Костя, если хочешь, можешь сразу уйти и больше ты нас никогда не увидишь. Правда, никогда и не узнаешь, в чем заключалось твое особенное предназначение, миссия!

– Миссия у меня?! – удивленно воскликнул Костя.

– А ты еще кого-нибудь знаешь, кто бы понимал то, о чем мы говорим? – спросила обезьянка.

 – Это дано только особому человеку, такому, как ты!

– Но вы ведь разговариваете на русском языке. Его все здесь знают, – попытался возразить Костя.

– Какой, ты сказал, язык?! – начала раздражаться обезьянка. – Ну да, все равно. Мы говорим на языке самой природы! Но только особенный человек способен понять нас. И совершенно неважно, где он живет и на каком языке говорит.