Легионеры

– Соображай, Мигель, такой шанс у тебя.

Ответ у Мигеля был готов. Ещё недавно ему так хотелось заграницу, а вот прошло две недели и скорее бы домой. Он соскучился. Какая Ирландия? У него и так всё прекрасно!

– Олимпиаду выиграю, тогда и поговорим, – Мигель знал, что олимпийцам платят больше и чемпионские бои дают быстрее.

Гарри и бровью не повёл:

– Отлично, чемп! Вот моя визитка. Счастливо добраться домой.

Гарри пожал Мигелю руку, Чико похлопал его по плечу и оба растворились – без уговоров, без предложений…

У Гарри ещё была запланирована встреча с боксёром из Нигерии и парочкой важных людей из мира бокса.

«Нельзя показывать боксёру, что он нужен тебе – это ты ему нужен, это ты помогаешь ему заработать и вылезти из дерьма. Сотни стоят в очереди за счастливым билетом, но каждый норовит извернуться, обхитрить, выцыганить более выгодные условия для себя». Нет, с Гарри эти фокусы не проходят.

Боксёры – это источник дохода, там, где начинаются сантименты, теряется прибыль.

Как рыба в воде, он лавировал в хитросплетениях боксёрских интриг, с годами выработал умение скрывать фальшь за лучезарной улыбкой и сердечными рукопожатиями. Наработанная практика и умение обходиться с людьми приносила дивиденды. Он стал успешным менеджером с мировым именем. Знал, что Мигель никуда от него не денется.

В самолёте Мигель опустил спинку кресла, закрыл глаза, задремал… Как тогда в детстве, после первого в жизни спарринга, он гордился собой, так и сейчас мысли о собственной исключительности переполняли его.

В отличие от большинства сверстников, он не просиживал в подворотнях, не сжигал попусту свою жизнь в безделье. Никто из его знакомых не выезжал дальше Гаваны. Большинство дальше района своего носа не кажут, проживают день за днём, не отличимые один от другого. Ему же ещё только девятнадцать, а он уже побывал заграницей и завоевал золотую медаль.

В районе, где жил Мигель, за год обрушилось четыре дома. У правительства нет денег на ремонт. По улицам, оставляя шлейфы выхлопного газа, тащатся обветшалые американские автомобили пятидесятых–шестидесятых годов вперемешку с уродливыми авто из СССР, завезёнными позднее – во времена братской дружбы. Отъедешь от старой Гаваны и натолкнёшься на безобразные панельные застройки.