Полустёртая зебра. Сборник рассказов

Рокер выплюнул обгоревший окурок изо рта вниз, в уже задымленное от кальянов помещение, резко ударил по струнам и начал играть.

Он исполнял «Стокгольмский синдром», одну из немногих из своих песен, которые считал шедеврами. Звучание струн было резким, но казалось, что так и надо. Это же не арфа, чтобы нежными подушечками пальцев еле касаться каждой струнки, подобной волосу ангела. Это был рок, который требовал твердости и жесткости в плане музыкальности. Макс наслаждался каждым аккордом, взятым на этом слегка потрепанном грифе.

Когда песня подходила к концу, Макс открыл глаза и увидел, что практически никто не слушает его. Толпа парней просто веселилась отдельно от музыки, изредка даже перебивая её. Рокер сначала этого не слышал, поскольку был полностью погружен в свою стихию, но сейчас он обратил на них внимание. У Макса возникло ощущение, будто самую острую катану в мире воткнули ему в грудь.

«Три года насмарку. Три года! За это время ни одного предложения, ни одного приглашения. Мало прослушиваний альбома, нет отдачи от слушателей. Все идет наперекосяк. Видимо это все-таки не мое… А что тогда мое? Я не хочу заниматься ничем другим, кроме музыки. Это моя страсть… я без нее не смогу. За что Бог так не любит меня? За что? Мне кажется, если я сейчас выстрелю в себя из пустого револьвера, то мои мозги разлетятся по всей сцене. Ха, мне нечего терять, почему бы нет?» – возникла безумная мысль в голове у рокера.

– Не хотите меня слушать, тогда смотрите! – крикнул в микрофон Макс, доставая из-за спины револьвер. – Вы когда-нибудь задумывались о том, нужны ли вы этому миру? Я вот в последнее время очень часто. И сделал вывод, что так и не пойму этого, пока не испытаю удачу. Я оставляю в своем револьвере только один патрон, – сказав это, он открыл барабан и высыпал пять патронов на сцену. – Дальше я наудачу кручу барабан и стреляю себе в голову один раз, если повезет – буду жить и мучиться дальше, если нет – то так тому и быть.

Макс, подобно спичке, провел барабан револьвера по всей поверхности левой руки и направил дуло к своему виску. Никто из присутствующих явно не ожидал такого поворота событий. Они сидели молча, то ли из-за шока, то ли так хотели зрелища. Рокер отодвинул курок, зажмурился изо всех сил и нажал на спусковой крючок…

Щелчок. Такого адреналина «рок-звезда» никогда не испытывала.