Седьмая жизнь. 28 жизненных рассказов

 – Почему ты решаешь за двоих, а со мной даже не советуешься?

– Я сам знаю, что для нас хорошо, а что плохо. Или я здесь не хозяин? – Виктор раздраженно закурил и с силой выпустил струю дыма в потолок.

– А я считала, что в семье решают оба, а не кто-то один, – начала Лона.

Но муж перебил ее.

– Мало ли, что ты считаешь. Может, ты еще думаешь, что лучше этой дыры и места нет? – усмехнулся он.

– То, что ты называешь дырой, – мой родной город, да и твой тоже, – она была готова расплакаться. – С каких пор он перестал тебе нравиться? Ты здесь родился, вырос, похоронил родителей… Как ты изменился, Витя, и почему я этого не замечала раньше?

– Да что тут делать?! Здесь даже пойти некуда, работа-дом, день сурка с утра до вечера! Ну, ничего, мы все равно уедем, я добьюсь своего!

– Нет, – твердо произнесла Илона.

– Поедешь, – он крепко схватил ее за плечи. Его взгляд стал холодным, в голосе появились жесткие нотки. – Никуда не денешься. Я не собираюсь прозябать в этой деревне.

– С классными телками? – ехидно уточнила Илона.

– Да хотя бы и так! – огрызнулся Виктор. Сообразив, что ляпнул не то, сначала смутился, а после разозлился: – А ты так и не научилась жить по-людски. И не научишься, овца, – процедил он и оттолкнул жену так, что та потеряла равновесие и упала.

– Ты остался таким же. И почему я поверила, что ты стал лучше? – ошарашенно, словно рассуждая сама с собой, проговорила она. – Уезжай. Я соберу тебе вещи.

Утром, глядя из окна на бывшего мужа в отъезжающей маршрутке, Илона думала: «Права была мама, в одну реку дважды не ходят».

Больше они не встречались, даже во снах.

Светлана ГАЛЫГИНА

Поделиться радостью и болью

Друзья называют меня вечным двигателем. Семинары, лекции, марафоны, встречи насыщают мою жизнь вдохновением. Дети и внуки наполняют ее смыслом.

По профессии я психолог с многолетним опытом. Люди доверяют мне свои переживания. Где бы ни очутилась – в купе поезда дальнего следования, на автобусной остановке, за столиком в кафе – найдется тот, кому непременно захочется разделить со мной радость или боль.

Сейчас историй накопилось множество. Долго не решалась поделиться ими с читателями. Не давал покоя моральный аспект: имею ли право рассказывать о чьем-то личном? Но окружающие часто сами просят поведать поучительные сюжеты, чтобы предостеречь себя от ошибок либо посмотреть со стороны на волнующие проблемы.