Расскажи мне что-нибудь страшное

По правде говоря, у Максима не было никакого желания разговаривать с Юрой, так как он считал его виновником произошедшего. На душе у него было весьма муторно.

Первым не выдержал молчания Юра.

– Макса, ну не злись, на меня, помогу, я выплатить твою машину, сволочью буду, если нет. Понимаю, сам виноват. Иду сейчас и проклинаю сам себя. Но жизнь ведь не заканчивается. Железо – все это ерунда, главное, сами живы».

– Ты бы заткнулся сейчас, пока тебя не прибил. Здесь ведь никто и не найдет. Зачем ты гнал? Сколько раз я тебя предупреждал? Всю дорогу, мать твою, просил, едь тише, едь тише, нет кому – то было все п…, – злость у Максима, как кипяток из чугунка, так и вырывалась наружу.

– Да, знаю я… косяк мой. Ну набей мне морду, если легче станет. Они снова брели молча.

– Черт побери, как холодно, – лязгая челюстями, весь дрожа, произнес Юра. – Мороз, сука, жгет как! У меня зуб на зуб уже не попадает. Такое желание: залезть в сугроб и никуда не идти. Уснуть. Когда нет сил идти, всегда хочется спать, это холод так действует, человек засыпает, ему все по барабану, конец, он уже очутился в мире грез и красивых девок.

– Я думаю, что мы уже час ползем, а этого треклятого хутора все нет и нет. И поворота нет, и дороги, одно заснеженное поле, – раздражённо ответил Макс.

– А мне даже жутко порой. Такое чувство, что за нами идет кто – то, выслеживает. Уже два раза оборачивался.

– Воображение, тут и не такое привидится, – согласился Максим.

– Предлагаю для сугрева по сто грамм, – остановился Юрка и снова боязливо огляделся по сторонам.

– Неплохо бы, – Макс, зябко поёжился, – но мы же вроде забыли горилку в тачке.

– Ну не всю, ты думаешь, что за сумку я тащу, тут и водка, и селедка! —радостно выпалил Юрик. Он чувствовал, что его друг потихоньку отходит и уже меньше на него злится. – Давай накроем поляну!

Быстро расчистив снег, они присели и немного выпили.

– Ляпота! – блаженно произнес Юра, чувствуя, как начало согреваться тело, и приятно закружилась голова. – Слушай, давай еще по одной, мы на таком морозе пока дойдем быстро протрезвеем.

Понемногу Максим действительно отошел. Спиртное благотворно подействовало на него и все произошедшее уже не казалось таким фатальным безнадёжным.