Стихи о войне

И сколько дорог еще впереди

Нужно пройти,

Дожить бы хотя бы до окончания войны…

Сколько прелестей жизни

Я еще не узнал

И испытаний чашу не выпил до дна,

Врешь – не возьмешь, смерть, злодейка-судьба!

Нет, я хочу жить, победить,

Не страшна мне война!

С изнанки

Малой, добро пожаловать в окоп,

Его недавно осветил сам поп,

Священник говорит, что с нами Бог,

А значит, наш расклад не плох.

И вновь подъем, и снова спозаранку

Вставай, малой, узнаешь жизнь с изнанки.

Танкистам хорошо —

Они ведь в танке,

Крути баранку,

И политрук сказал, все пройдет гладко.

А командир признался, что не сладко,

Не трави душу, и без тебя гадко,

Но ничего – уж скоро схватка,

Со смертью мы играем в прятки,

И не помогут тут ни связи и ни взятки.

Игра проста, просты ее порядки —

Вперед, в атаку, без оглядки!

А если оглянешься – точно смерть,

Могильный крест,

Земная твердь.

Лишь крестик греет мою душу,

Ведь точно же убьют,

Если я струшу.

А ты, малой, меня не слушай,

Прорвемся, станет еще лучше:

Расцветет сад,

И будут спеть там груши,

Наступит день,

И станет трава гуще.

Никто не хотел умирать…

Помню серый, прокуренный дымом вокзал,

Паровозный гудок как меня провожал,

Но никто не хотел умирать —

Только в путь,

Только в бой,

И опять, и опять.

Я со всеми в атаку по снегу бегу,

Задыхаясь порывами ветра в бреду.

Может, все это лишь страшный сон?

Но вновь дикий гон,

Но вновь дикий гон,

Чую – падаю я небесам на поклон,

Припоминая в тумане

Тот темный вагон,

В стальной кружке —

Холодный, как лед, самогон,

Кто не вернется – я или он?

Но в кармане остался последний патрон,

В одном шаге от дота,

От пулемета, от рая,

От сладкого чистого мая…

Но я прошел по лезвию,

По краю,

Себя в горячке забывая,

Эта кровь не моя, а чужая.

Кто тут зверь, кто охотник —

Уже не понять,

Только время не повернуть вспять,

Но никто не хотел умирать.

Эхо войны

Я одерну шинель грубо,

Спрячу в рукаве

Тупой обрубок,

Не гляди ты на мое увечье,

Я тебя прошу по-человечьи.

Отчего бросаешься ко мне на плечи,

Знаешь ли, девчонка,

Что никто не вечен.

На всю жизнь теперь отмечен,

Я и раньше был не безупречен,

А теперь наполовину сломан,

Но не сломлен,

Сделан будто из железа.

Ну, чего ревешь ты, мать Тереза.