Меня просто нет

И всё! Галочка, по-моему, нашей барышне пойдёт вот такой очаровательный хвостик. – Директор ласково взъерошил роскошные Катины кудри. – Учтите, редкий.

– Я в школьное платье, Иван Александрович, не полезу ни за какие коврижки. Лучше увольте.

– А… не надо никакого школьного платья. Ты у нас кто? Чтобы появиться ниоткуда и исчезнуть в никуда… Дочка военного! Ожидает нового назначения, а лучше вызова в Академию. Пока бумаги придут, история долгая, состоит за штатом, хотя бы в нашем училище. Чтобы время не терять и много не пропускать, дескать, поучишься с месячишко.

– Одежду мы ей подберём соответствующую. Не то, чтобы броскую, но не дешёвенькую. Вояки у нас снабжаются получше.

– К директору явишься на полном серьёзе с «папой» из наших стариков. Можно, конечно, и с настоящим лётчиком договориться, но это рискованнее.

Расторопная Галочка в пять минут справилась с новой причёской, нанесла лёгкий тональный грим, чуть подкрасила глазки и… Если бы не форма, можно было дать голову на отсечение, что перед ними обычная школьница.

– Ну, ни пуха, ни пера, десятиклассница! Книжки-то почитай, чтобы уж совсем не бледно выглядеть.

Проводив Катю, Иван Александрович долго расхаживал по кабинету, беспрестанно курил, пил кофе. Почему-то никчемный вроде вопрос мучил его какой-то неизвестностью.

* * *

Естественно, ничего необычного в поведении десятиклассников на уроках и украдкой на переменах, Николай не увидел. Класс был не просто хороший, а очень уж хороший. Никакой расхлябанности, никакой групповщины вроде нет. Нет, «внешка» не дала абсолютно ничего. И суббота тоже. Так как произошла непредвиденная перестановка уроков из-за болезни учителей и десятиклассники в итоге вообще отправились домой пораньше.

А вот классная Алла Викторовна расспросами Николая была не на шутку встревожена и ужасно расстроена.

– Этого просто не может быть! У нас такие хорошие ребята. Да по успеваемости разные, но старательные. Вот когда девятый один из двух собирали, я немало поволновалась. «А» и «Б» не то чтобы враждовали, но определённая натянутость была, больше того, друг друга несколько нелюбливали.