Воспоминания старого шамана. Модорхон

Теперь же ему предстоял путь назад, в его родные места, в родной муравейник к своим родителям, к своим любимым братьям и сестрам.

* * *

Так, просто и незатейливо, глазами маленького муравья, Коля увидел совсем другой мир, очень маленький и очень интересный! Теперь уже Коля не хотел ловить бабочек и мошек. А когда он шагал по лугу, то аккуратно ступал на траву, стараясь заметить, и не раздавить какое-нибудь мелкое существо.

– Деда, мне так понравилось! – Мир такой маленький, и в нем все живут. Я видел муравья, который тащил гусеницу; паука, – он ловил мух и комаров; червя дождевого, – он был похож на огромную змею.

– Еще, чего ты там увидел? – спросил Милхай.

– Еще, там были стрекозы, как большие вертолеты; цветы как пальмы; трава и веточки как деревья и лианы. Я даже начал понимать муравья и все его желания!

– И какие у него были желания? – улыбнулся дед.

– Он смотрел на бабочку и мечтал летать как она. А потом, деда, – он полетел, но только не на своих крыльях, а на маленьком листе!

А еще там была лужа, большая как наше озеро, и в ней были свои жители и растения.

– Очень интересно! – подтвердил Милхай.

– Все как ты мне рассказывал про мир животных и людей. У насекомых тоже свой мир и они похожи на нас! – перевел дух Коля.

– Ну, вот и хорошо. Посмотрели, а теперь идем дальше. И они пошли: старый деревенский Шаман и его маленький внук. Сколько еще будет подобных открытий, сколько жизнь предоставить новых уроков?

Мудрый Создатель улыбнулся довольно, и пошел по своим делам, полетел вслед за теплым ветром, за лес высокий и за дальнюю гору.

Разговоры с сыном.

Наставник Милхая

– Батя, а у тебя наставники были – спросил однажды, отца, Степан.

– Да, был, – наш, местный, давно, правда. Я только на ферму пришел, после учебы, а он механиком уже работал. – Никифор Аполлонович, – уважаемый человек, – очень скромный и простой. Его начальство кликало – Никифор, а мужики наши, звали, его, Аполлоныч.

Когда я стал фуражиром, мы познакомились поближе. Проблем у меня тогда было – полным-полно. С народом толковать, чтобы работу делали. Где-то жестко приходилось разговаривать, даже с матом и с крепким словом. Где-то, наоборот – мягко и по-свойски. Не всё же на собраниях решается, – на колхозных совещаниях. Бывало, запанибрата общались: за одним столом, с тарасуном, с хорошей закусью.

Потолкуешь с человеком, за жизнь с ним поговоришь, – он тебя поймет.