Роман в пустоши

] для всего здешнего многообразия только одно название – и город у подножия, и его высокогорный брат, и само нагорье от исхоженных южных рубежей и до неисследованного севера – всё Тайссери. Даже удивительно, что для Чальон они всё-таки нашли другое название: а ведь эта река протекает через всё нагорье с севера на юг…

Провалявшись сегодня в кровати гораздо дольше обычного, я не спеша завтракала остатками вчерашнего ужина в тишине. В предстоящий месяц, который я проведу в тесной компании неизвестных мне людей, одиночество станет недоступной роскошью.

В глубине души мне не терпелось вскочить и побежать вприпрыжку в пустошь, и сердце моё едва не выскакивало из груди: ведь кроме любимой работы была ещё одна веская причина стремиться в те дикие места. Но я заставила себя не спешить и тянула время изо всех сил. Солнце уже давно переместилось в центральный верхний квадратик окна, как бы крича во весь голос, что одна особа ужасно опаздывает. Тем не менее я продолжала собираться не спеша: натянула местного покроя шерстяные брюки, аккуратно завязала все шнурки стёганого кафтана особым узлом – на удачу.

На дворе конец лета, а это значит, что всё ещё можно обойтись без необъятных мохнатых халатов. Этот парадный наряд я надевала столь же часто, как видела Бо – на встречу с будущими подопечными, пытаясь произвести сносное впечатление.

Я повертелась перед узким зеркалом, на котором потёков было больше, чем чистой поверхности, и с грустью развернула отрез некогда красной ткани.

Пара выцветших сапог с залихватски закрученным мыском выглядела побитой жизнью и несколько портила впечатление от наряда. Но, с другой стороны, за столько лет они ещё очень неплохо сохранились.

Перед выходом я немного замешкалась, перебирая карточки с изображениями божеств на окне: оставшегося с ночи Майдру я спрятала вниз – не стоит злоупотреблять его расположением; и повернула лицом к солнцу Инли, владелицу добра и покровительницу дружбы. Её помощь сейчас лишней не будет.

Спустившись по извивающейся, как змея, лестнице, я утонула в лабиринте узких щелей между домами. Пара минут – и меня захлестнул яркий поток центральной улицы Нуулакши (а ведь именно так называется этот город, а не «верхний Тайссери»). Здесь с обеих сторон почти вплотную друг к другу стояли одноэтажные домики. Они умудрялись соревноваться одновременно в белизне оштукатуренных стен и яркости пёстрых, до головной боли, вывесок.