Чёртовы свечи

Такого преступления в городе ещё не совершалось. Начальник полиции подал в отставку, и его уволили вместе с его заместителями. Понаехали в город комиссии и сыщики, только никого не отыскали. Тело отправили в Санкт-Петербург, а когда уезжали комиссии, то будто бы какой-то самый главный из них сказал, что «таких специалистов, таких экспертов-учёных, как Александр Андреевич Романовский, на весь мир и десятка не наберётся и что это огромная потеря для России. Не уберегли».

Баба Мила на этом месте сделала паузу и предложила остановиться и снова попить чаю.

Мы были так заворожены рассказом, что согласились быстро, только бы нас не выставляли за дверь. Но ведь было уж поздно, и часы что-то били, и за окном ночь стояла, а так было хорошо и по-семейному уютно.

– Ну что же, если понравилось, то милости прошу в другой раз. Пусть наши встречи будут постоянными. А день и час позже назначим. Само всё решится, не загадывайте.

Глава II

Когда мы вернулись домой, то, не сговариваясь, решили, что, наверное, не стоит зажигать свечи.

Не то чтобы мы поверили всему, о чём рассказывала бабушка Мила, нет, более того, мы шутили про «свечные ужасы», но… вообще решили, что свечи, как и любой другой товар, нужно покупать у проверенных поставщиков. Без свечей праздник проведём. На этот раз.

– Меня задевает не то, что мы будем сидеть за столом без свечей и что праздник будет неполным. Со свечами уютней, и привычней… Причина. И запрет. По сути, нам запретили это делать. Напугали. Создали фобию. И вот мы боимся.

Может, в этом дело? Атеистический терроризм, – рассуждал я на кухне.

– Ты же больше агностик, чем верующий, – напомнила Лариса.

– Я – агностик, когда слушаю бред проповедников о сотворении мира и подчинении воле мифического творца через посредническую контору церковь. Не верю я этой франшизе. Но когда праздник, то я за праздник, если это не варфоломеевская ночь и не культ принесения человеческих жертв в честь языческого божества.

– А что такое «варфоломеевская ночь»? – спросила Лиза.

– В году так…

– Тысяча пятьсот семьдесят втором, – подсказал мне старший братец Лизы, Миша-Всезнающий.

– Очень может быть… Я этот раздел истории плохо помню. Я тогда пару лекций пропустил из-за соревнований. Помню, что было это в праздник святого Варфоломея, в августе. В Париже. Тогда католики за ночь убили не менее тридцати тысяч людей, которые называли себя гугенотами.

– А гугеноты кто?

– А гугеноты – это не карлики, не чудища злобные.