Ты только маме, что я в Чечне, не говори…

Костя уже знал что всех отправят в Чечню, в душе шевельнулась тревога, он видел как пишут письма домой его сослуживцы, завтра он поедет вместе с ними на Грозный, вспомнил о матери и решился написать письмо.

Мама, здравствуй. Пишет тебе Костя, твой сын. Ты наверно уже знаешь что в Чечне началась война, завтра наша часть едет на Грозный. Я не боюсь, я не знаю что меня там ждёт, нам сказали мы едем как миротворцы, но нас научили стрелять. Я не понимаю причину этой войны, я много чего не понимаю, никто из командиров ничего не говорит.

Ханкала встретила холодом, серым воздухом и страхом. Страх окутывал липкой плёнкой, не давая дышать и думать, Костя слышал как стучат зубы, видел как трясутся руки у ребят. Впервые захотелось поговорить, и он повернулся к парню:

– Константин – протянул руку Костик.

– Леха – ответил белобрысый парень, с маленькими, бегающими глазками.

– Ты откуда?

– Астрахань, а ты?

– Я не городской, с деревни я.

– 8 месяцев… Вроде – неуверенно ответил Леха.

– Жрать охота, и выпить бы, самогонки маминой.

– Верняк, борща бы со сметаной, маминых пирожков – дрогнувшим голосом вдруг ответил Лёшка.

Костик повернулся и увидел блеснувшие глаза, как задрожали руки парня, и это передалось ему. Просто на минуту представил мать, как убьют его, придёт похоронка, или как она теперь называется, как вся деревня будет прощаться, как отец будет прятать глаза и… Костя вскочил, тряхнул головой, сам не понимая как это у него получилось так разволноваться, почему то захотелось покурить, хотя никогда этим не баловался.

Командиры нервничали, отдавались какие-то ненужные приказы, суета и беготня была кругом, все чаще думалось о доме, о родном селе, как пахал отец, как вкусно пахла пшеница, вкус парного молока и белого хлеба. Как мать одевала косынку перед дойкой, синюю в белый мелкий цветочек, почему то вспомнились её белые руки, убирающие волосы в платок.

Первые котята, белые шерстяные комочки от кошки Машки, какие они были беззащитные и мокрые ещё, Манька защищала их, вылизывала и грела.

– Рядовой! Очнись! Спишь на службе?

Костик очнулся, вскочил, отдал честь и пытался вернуться в реальность.

– Убьют, а ты и не поймёшь!

– Виноват, товарищ капитан!

Через 10 дней.