Среди звука. Смысл молчания

Среди звука. Смысл молчания

Елена Збаражская

Ты же знаешь, что я не такая, как все. Я хуже. Не стою пред тобою в батистовых платьях, в рюшах, даже осень моя бесконечная наглая сухость, в ней молчит менестрель: перезрел, поглупел, стал бездушен…

Среди звука

Смысл молчания

Елена Збаражская

…Слова выпадают из миропорядка времени,

опорожнение чувств на бумагу из ткани души.

Вновь раздета, осиной дрожу. Вычеркни

меня из списков несуществующего на «сейчас»…

© Елена Збаражская, 2020

ISBN 978-5-4498-9834-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

под Циммера шёпот

Я уже не боюсь просыпаться в мире,

где даже у неба на бёдрах вывих,

где у моря нет дна,

и в четыре утра мы в центре своих квартир —

в колыбели опровержений,

в которой предел ощущений быстрее прыжка

хмурого солнца за горизонт, где плавятся мысли.

И тени снимают полынье бельё,

в гуттаперчевом воздухе шалевой зимы гнутся

под Циммера шёпот,

и время в часах не движется громче.

Боги вниз по верёвке спускают корзину причуд,

вечность тревожат,

вырезают боль из-под кожи одиночеств нудных,

и пьют любовь с губ отчаянных, тёплых,

а из тел шьют созвездия вновь,

и прикручивают их к небесным подошвам

для мерцания вечного, где шалят облака,

спинами трутся, прикрывая собой бесконечность…

твои фьорды

Я к тебе приходила на крепкий тропический кофе

с берегов, где ещё до весны километры печалей,

где хрипит по утрам плоскогрудое царское солнце,

белым вереском вышиты реки и мёртвые травы.

Я смотрелась в твою неприступную дикую гавань,

где весна, как у первой Венеции – бури на взморье,

на колючем песке прохлаждаются жёлтые крабы,

и закаты пьют море, в котором дельфины смеются.

Я к тебе приходила с дорог, где вонзаются звёзды

в сумасшедшие плоти сердец многоликого мира,

где о нашей Конечной ещё не прослышали боги,

и рифмуется жизнь под туманами сказочных фьордов.

Город-циник

Город распластан, скомкан, не свеж и цинично пьян,

дома одиночеств облучены, как рентгеном,

закат кособок, тягучие дни – вязкая тьма,

тут, что ни любовь – выкидыш,

ночью обляпанный.

Петляют зловонные стоки в промежностях труб,

семь древних молитв слипаются с прахом желаний,

здесь часто рыдают ветра – бремя мертвенных скук,

и Смерть ворожит в туманах,

считая разлуки.