Однажды в Бразилии

– Встретим закат на пляже и пропустим по порции-другой кайпириньи. Вот уж посекретничаем! – Карла словно прочла мои мысли, – А теперь торопись, тетушка уже подъезжает, а я схожу предупредить старушку Сэлму, чтобы на обед нас не ждала.

Карла провела пальцами по идеально гладкой шевелюре – следуя неизменной бразильской моде на прямые волосы, она, как и большинство бразильянок, тратила немалую сумму и колоссальный объем времени на усмирение буйных от природы кудрей.

* * *

Внизу нетерпеливо просигналили раз восемь подряд и, выглянув в окно, я увидела канареечно-желтый Nissan доны Сидерии.

Я быстро схватила сумку – и мы с Карлой и ее тетушкой отправились в путь. По дороге я заворожено наблюдала за скользящей мозаикой пестрых улиц, как ухоженные тротуары с новыми домами и роскошными садами резко сменялись кривыми хижинами на расколотом асфальте. В воздухе разносился то приятный аромат кондитерской сладости, то бил в нос удушливый запах зловонных нечистот.

Остановились на очередном красном сигнале светофора, мы в ожидании наблюдали за переходившим дорогу ухоженным молодым бразильцем, одетым и подстриженным по последней моде. И вдруг прямо перед машиной внезапно возник совсем юный чернокожий паренек, на котором не было даже рубашки, а во рту не хватало пары зубов. С молниеносной скоростью он принялся протирать переднее стекло тетушкиного автомобиля, не обращая никакого внимания на явный протест недовольной водительницы.

– О, нет, menino, нет! Оxe, разве вы когда-нибудь слушаете?! – пока дона Сидерия возмущалась, ушлый паренек успел закончить чистку и с невинной улыбкой протянул грязную ладошку, в которую тетушка опустила пару монет в 10 сентаво.

– Может, сеньора желает попкорна? Всего пара реалов! Нет? Ну что же, спасибо, отличного вам дня и храни вас Господь.

Тетушка демонстративно громко закрыла окно.

– Это бесполезно, а попробуй только отказаться – еще и плюнут! – в раздражении она затянулась очередной сигаретой.

Я засмотрелась на мелькающие за окном пальмы, никогда раньше не видела их в таком количестве. Высокие и изящные, с ярко-изумрудной шапкой, они стояли как гордые принцессы, устремившись в пронзительно-лазурное небо без единого облачка. Им всё равно, что именно украшать своим царственным присутствием – полуразрушенные фавелы, сиротливо жмущиеся друг к другу, или роскошные кондоминиумы с идеально подстриженными кустами.