Мойры не плачут

Будем поднимать промышленность. Делать новую промышленную революцию.

– То есть, ты уверен, что будет революция?

– Конечно, будет. Но сперва рабочий класс осознает, что он эксплуатируемый. Сейчас это не рабочий класс, а какой-то пластилин. Лепи из него, что хочешь. Рабочий класс – это когда каждый осознал, что его труд отбирает капиталист.

– Но ты ведь на себя работаешь. Налогов не платишь. У тебя-то кто отбирает?

– До поры – до времени. Буржуазное государство всё равно доберётся до меня своими костлявыми ручками и придушит.

– Ну, зато свобода выбора. И можно поставить цель и заработать.

– Пойми, свобода при буржуазном строе весьма условна. Это свобода для правящего класса. Это свобода посадить в чиновники таких людей, которые беспрепятственно будут голосовать за нужные законы. Буржуазия правит не отдельными личностями, а всем классом сразу. Чиновники – это выразители идей буржуазии. А для трудового народа только свобода в выборе эксплуататора. Он вынужден продавать свою рабочую силу – иначе не выживет.

Вот и вся свобода. Свобода или жизнь, почти что как – кошелёк или смерть. Так и тут – свободным-то ты можешь быть, но если средства производства в руках определённых людей, то как быть свободным, ты всё равно из-за голода пойдёшь продавать свою рабочую силу.

– Хорошо, а какое государство необходимо? Недавно мне тоже говорили, что государство ограничивает свободу.

– Государство диктатуры пролетариата. Но потом и оно будет не нужно.

– Брр… диктатура. Как-то неприятно. Я ведь не пролетариат.

– Вот в этом и есть основная ошибка интеллигенции. Она не хочет объединиться с пролетариатом. Она, по сути, кормится из рук буржуазии, вместо того, чтобы объединиться с эксплуатируемым классом. В годы Октябрьской революции прогрессивная часть интеллигенции всё-таки признала диктатуру пролетариата.

– Женька, ладно, это всё интересно, но реально мы живём пока в другой стране. Ты ведь не экстремист? Скажи, что нет, а то мне страшно.

– Варя, пойми, нужно начинать осознавать, что происходит.

Нет, я не экстремист, конечно. Моя цель – просветительская. Сейчас революция в этой стране невозможна. Получается, что мы должны работать для будущих поколений. Думаешь, Маркс зря всё это писал или на пустом месте? Он же предвидел, понимаешь. Или ты всё еще веришь статьям про «глубинный народ»?

– Что за статья? Видно, я что-то пропустила.

– Статья о том, что у нас народ глубинный и нужен верховный правитель, а демократия с выборами не нужна.