Город рыб

– А как она подралась с агрономом?

– А как повесила бешеного кота?

– И топила котят, и гоняла собак, и била детей, которые в сад лазили …

– Кто понимает бабушку, тот понимает все, – сказала Ульянка.

– Какие необычные слова, – заметил Валик.

– Это не мои, – отозвалась Ульянка. – Так помянем.

– А твой, говорили, на выборы двинул? Метит, значит, на самый верх? – повернулся ко мне Толик. – Рисковый парень. Дык ты, видать, счас в Минск поедешь, помогать?

Уехать в Минск? Такая мысль мне в голову не приходила.

Антон меня не зовет, а самой напрашиваться… Нет, не поеду. Тут остается бабушкин дом, бабушкин сад, ее хозяйство… Я их не брошу. Чувствую, что мой долг – остаться здесь и позаботиться о них, чувствую, что должна разобраться с тайной бабулиной смерти – здесь в Добратичах, где все и произошло.

Я посмотрела на сестру и увидела, что она меня понимает.

После второй сестра коротко рассказала хлопцам, что бабушка умерла из-за того, что кто-то по неизвестным причинам подсыпал в кофе кардиостим-форте.

– Неясно, зачем конкретно и для кого, – пояснила сестра. – В такой дозе это смертельный яд и для меня, и для Алки – для любого, у кого сердце слабое. Однако удар пришелся по бабушке.

Насквозь пропитанный водкой Толик, да после второй, не очень-то поверил:

– Ого! Так это ж детектив! «Убийство в Добратичах», в двух сериях.

Никто не поддержал неудачной шутки.

– В милицию надо сообщить, – серьезно предложил Валик.

Мы с Ульянкой переглянулись. В милицию? Зачем? Что может сделать милиция? Если и заведут дело по попытке убийства, то будут вяло отрабатывать зарплату, а через некоторое время закроют за недостаточностью улик… Кому помогла милиция? Есть ли вообще такие люди, кроме как в тех самых детективах, которые каждый вечер крутят по российским каналам? Нет, милиция нам не помощник… Надо думать самим.

– Нет, милицию мы нагружать не будем, – покачала головой Ульянка. – Там других дел хватает.

– Правильно! Зачем нам менты? Сами разберемся! – в Толике, кажется, бушевал хлипкий энтузиазм алкоголика, и Валик противопоставил ему здоровый скептицизм бригадира:

– Каким образом? Как ты собираешься это делать?

– Надо думать! Надо искать, кому выгодна смерть!

– Чья? Бабы Мокринки?

– И ее, и твоя, и твоя, – Толик подбородком показал на меня и на Улю, которая в это время отошла от стола и села на диван.

 – Надо написать список тех, кому вы можете мешать в чем-либо.

– А может, это уже… – начал было Валик и замолк.