Точка пересечения

«Мы живем прямо возле трассы, неужели у нас нет никакого оборудования? Завтра посмотрю на чердаке» – подумала Алекса и с этими словами наконец уснула.

– Ищу.

– Но что?

– Что-то похожее на доску для сноуборда или лыжи.

– Но я ведь ещё вчера там всё перерыл. Спускайся, это бесполезно. На вот, съешь бутерброд. С колбасой и солеными огурцами, как ты любишь.

Алекса сделала вид, что не расслышала брата, однако он видел, как она замерла после его слов и полуобернулась. Взгляд её скользнул на давнишнее фото с братом, где они стоят прямые, словно солдаты с прижатыми к сердцу правыми руками.

Джим ничего не сказал. Просто поставил тарелку на стол и пошел одеваться.

Алекса ещё чуть-чуть помедлила на лестнице, оглядывая заставленный коробками чердак. Её внимание привлекло странное обстоятельство – мимо пробежала мышь, скользнула в дырку одной из коробок и через пару секунд выскочила из другой дырки этой же коробки.

– Алекса – услышала она строгий голос – Нам пора, иначе опоздаем на работу.

В тоне его голоса отчетливо звучали обидчивые нотки, но она целенаправленно их проигнорировала. На секунду её даже охватило чувство удовлетворения, но она тут же устыдила себя за это.

– Я жду тебя на улице – сказал Джим и, не поднимая взгляда, вышел из дома.

Алекса как ни в чем не бывало доела бутерброд, с наслаждением запив его чаем и подошла к зеркалу. Угловатая, худая девочка, совершенно не выглядевшая на свои восемнадцать лет, недовольно взглянула на неё своими зелеными глазами и тут же резко отвела взгляд. Только надев огромный, широкого фасона пуховик, шапку и выпустив из -под ворота ярко – красные кудри, Алекса удовлетворенно кивнула.

– Необъятные размеры этого пуховика совершенно сбивают с ног, – сказал Джим дружелюбно – Ты похожа на нашу тетю Зилу.

– С большой грудью, огромными бедрами, словом, с дородными формами?

– Да-да.

– Отлично! – Алекса довольно улыбнулась, не обращая внимания на озадаченный взгляд брата.

Ещё не женщина, но уже и не девочка, Алекса стеснялась своей мальчишеской нескладности и худобы. Все её сверстницы уже года два как обзавелись плавными изгибами и только она одна, во всем поселке, походила скорее на мальчика, нежели на девочку.