Перевёрнутая чаша. Рассказы

– Я никогда не называл тебя провинциалкой.

– Просто я хочу сказать, что русские как бы прогибаются под обстоятельствами. Они сохраняют в себе что-то, что и называют нашей загадочностью.

– Ты что, меня за что-то агитируешь? Что происходит, Поленька, объясни мне толком, старому дураку? Возвращаясь к свойству прогибаемости – думаешь, это реальный путь сохранения души?

– А ты, ты сохранил свою душу? – с горячностью воскликнула она.

– Я люблю Россию. И в эту поездку… Я спорю с тобой, Поленька, не ради спора, я и с собой таким образом спорю.

– Ты спросил, что происходит. Действительно, в этом утре мы уже жили. Это просто эффект возврата кинопленки. Иногда события можно прокручивать несколько раз, пока не найдешь оптимальный вариант.

– Что-то начинаю припоминать о каких-то необычных возможностях. Именно это имелось ввиду?

– Ну да. Теперь ты убедился, что организация если не всесильна, то имеет средства управлять событиями.

– Слушай, поехали домой, мне уже эти приключения надоели.

– Не хнычь, сейчас поедем.

С улицы донесся звук заводимой машины. Ну да, сейчас еще машины сами будут заводиться, а потом и водители не понадобятся. Теперь он вспомнил и перевёрнутую чашу, и лифт, и глаза на стене, и предложение сотрудничества. Ну нет, не хочу я писать про эту чушь. Полина девочка молодая, пусть поиграет в политику без политики. А я уже староват для этого. М-да… Опасно на такой неуправляемой машине кататься, но выбора нет. Нехотя поплелся он к машине.

– У тебя машина тоже движением мысли управляется?

– Ты пытаешься шутить, Глеб, но ты не представляешь, как ты не далёк от истины.

– Ладно, поехали, и немного помолчим.

Они вырулили по дороге, изобилующей кочками, на центральную дорогу. Глеб облегченно вздохнул и прикрыл глаза. Староват я уже для бурных ночей. И все-таки Поленька чудо как хороша… Ночные эротические впечатления обволакивали сознание липким медом… Лучше бы такую кинопленку все время прокручивали, я согласен… На дороге попалась ямка, слегка тряхнуло.

Полина опять была прозрачной. Чёрт! Чёрт бы подрал эти виртуальные эффекты! Он боялся к ней прикоснуться и вдруг в его ушах возник звук отчаянного гудения. Он взглянул в лобовое стекло. Навстречу нёсся «Камаз». Ну, сейчас уж точно, прощай, родное небо.