Сказки. Сказка о таланте, Принцесса и садовник, Новогодняя сказка, Боря-горе

Как-то раз в одном трактире,

Где сидел я как бобыль,

Слышал вот какую быль:

– Солнце за день утомилось,

И за поле укатилось.

Сели в травку, где ручей

Пять седых бородачей.

Первый кукольник был знатный,

А второй – портной занятный.

Третий, самый молодой —

Был сапожник удалой.

А четвертый, самый старый —

Парикмахер был бывалый.

Пятый, средь путей дорог —

Был безвестный педагог.

Их в пути свела не дружба,

Не монашеская служба.

Каждый волен был в делах,

В рассужденьях и словах.

Вот прошел их ужин скудный,

Разговор вечерний нудный.

Стали филины летать,

Подошло им время спать.

Кукольник промолвил  тихо:

– Чтоб не знать какого лиха,

Два часа я посижу

И портного разбужу.

Все уснули, только мастер

Ножик вынул и фломастер.

Деревяшку стал пилить,

Подрезать, сверлить, скоблить.

Два часа прошло как в сказке,

Разбудил портного мастер.

Тот увидел сквозь кусты

Куклу дивной красоты.

Глазки карие большие,

Плечи крепкие, крутые.

Словно юный мушкетер —

Добр, весел и хитер.

Из мешка достал в момент,

Свой портняжный инструмент.

Быстро выкроил камзол,

Вышил золотом узор.

А его сменил сапожник —

Шпагу сделал он и ножны.

Сапоги ему стачал,

Шляпу, пояс подогнал.

– Стал будить он брадобрея:

Просыпайся поскорее.

Тот, поднявшись, сделал в миг

Златокудренный парик.

Сам постригся и побрился,

И с учителем сменился.

Тот на вахту заступил,

Глянул в небо – загрустил.

Вдруг увидел мушкетера,

Шпага, шляпа, пояс, шпора.

Стал он куклу обучать,

Говорить и фехтовать.

А с рассветом все поднялись,

Глянули и диву дались.

Мушкетер их фехтовал,

На вопросы отвечал.

Ну, совсем как человечек,

Ростом разве что кузнечик.

Стали спорить до измору

Кто хозяин мушкетеру.

Долго ссорились, ругались,

Чуть ли все не передрались.

И решили, наконец

Обратиться во дворец:

– Мы всему расскажем свету,

Как создали куклу эту.

А кому принадлежит,

Пусть царь батюшка решит.

Царь – великий и светлейший

Мировой судья мудрейший,

Оглядел весь тронный зал,

И такую речь сказал:

– Кукла дивна – спору нету,

Лучше нет на белом свете.

Пусть тому принадлежит,

Кто придал блестящий вид.

Хороши лицо, одежды,

И фехтует, не невежда.

Сапоги как у царя,

Все как у богатыря.

Но всего к лицу милее —

Кудри – сердце брадобрея.

Куклу, я решил сказать,

Нужно брадобрею дать.