День Победы. Международная антология поэзии

Дыбом встанут рощица и поле,

Небосклон крутнётся, как волчок…

А когда-то, было это в школе,

Вдоль по Дону плавал я, сморчок.

Песни пел, удил штанами рыбу,

Доставал на глуби ила твердь

И не знал, что ДОН – стальная глыба

И несёт осколки, кровь и смерть.

Но и всё ж в тугих разрывах ДОНа

Я сквозь гибель честно проходил,

Чтоб на речке мирной возле дома

Мальчик пел и окуней удил.

Алла Губанова

Память

Войну я знаю не по кинофильмам –

По летописи маминых тревог,

По братским обихоженным могилам

Да обелискам строгим вдоль дорог.

И мне война оставила в наследство

Одну лишь фотографию отца,

Голодное и латаное детство

Со строгостью недетского лица.

Склоняюсь я и горестно и свято

Пред памятью погибших на войне.

Осколок, что отца убил когда-то, –

Навечно он остался и во мне…

Борис Гучков

Послевоенная пора

А земля залечивала раны.

Мать гасила, экономя, свет.

В тёмном доме кончилось так рано

Детство без игрушек и конфет.

Я носил отцов пиджак с заплатками,

Мать вздыхала горестно: «Война…»

Поднимала на ноги несладкая,

Золотая каша из пшена!

Елена Данилова

Берёзе Пруссии

Нашему деду, Герою Советского Союза

Ткаченко И.Ф., командиру разведроты,

в течение 11 часов вызывавшему огонь

на себя в бою под Бартанштейном, посвящается

Ну, здравствуй, дерево. Узнаешь ли меня?

Касаясь изувеченной коры,

Шепчу: «Спасибо. Ты защитой мне была,

Берёза страшно-огненной поры».

Ты помнишь, милая, уселись под тобой

Разведчики, устало гомоня.

Как символ Родины, безмолвной, дорогой,

Там, в Пруссии, краса твоя была.

Нас только четверо, а Бартанштейн, гляди,

Врагами полон, техникой набит.

Февраль по-здешнему купается в грязи,

Берёзовый лишь сарафан рябит.

Летит снаряд! Минуты счастья сочтены.

Огонь вокруг взъерошился стеной.

И через час на высоте в живых лишь мы:

Я с рацией, да скорбный шелест твой.

И, корректируя огонь до хрипоты,

Я в штаб координаты диктовал.

Я глох, стонал, но, не давая здесь пройти,

Кричал: «Огонь!..» На нас залп направлял.

В тот жутко трудный день я выжил лишь один.

Одиннадцать часов бесился бой.

Я явно чувствовал, от взрывов защищён

Был ветками, как маминой рукой.

Пришла пора, уходим вновь тропой войны.

Последний раз стою перед тобой.

Мы породнились, за сравнение прости,

Как ствол, стал крепок, как кора, седой.