Единожды восстав

Между тем отец Иероним продолжал расспросы:

– Так это вашей дочери предстоит сегодня быть обвенчанной с Айтоном Дарагоном, офицером войск его королевского величества?

– Нет, святой отец, – твердо ответил Хорвин. – Как вам известно, моя дочь еще несовершеннолетняя и не имеет права вступать в брак. Кроме того, я не давал на этот брак своего согласия.

Подал голос хранивший до того молчание Айтон.

– Существуют обстоятельства, – заявил он, – которые вынуждают нас обойтись и без родительского благословения.

На лице его был написан вызов.

– Обстоятельств, о которых говорит молодой человек, не существует! – резко возразил Хорвин. – Они выдуманы с целью ввести вас, святой отец, в заблуждение.

Отец Иероним переводил внимательный взгляд со стоящего с гордо откинутой головой молодого офицера на напряженно застывшую девушку. Юлита пока не произнесла ни слова.

– Дочь моя, – обратился к ней отец Иероним. – скажи нам. Действительно ли твое положение вынуждает тебя вступить в брак?

Девушка не отвечала.

– Дочь моя, – настаивал святой отец. – Скажи нам правду.

– Скажи им, Юлита, – подал свой голос Дарагон, – скажи всю правду.

– Да, Юлита, скажи правду, – подтвердил Хорвин, – Скажи настоящую правду!

Юлита подняла глаза, полные слез. «Зачем вы меня мучаете?» – говорил ее взгляд.

Трое мужчин смотрели на нее, трое ждали ее ответа. И ответ им был нужен разный.

– Скажи, дочь моя, ты ждешь ребенка? – мягко повторил свой вопрос святой отец.

И Юлита не выдержала.

– Нет! Нет! – вырвалось у нее со стоном.

Закрыв лицо руками, девушка побежала прочь. Ринувшийся следом Хорвин удержал ее возле двери. Айтон, подоспевший мгновением позже, опоздал: отец уже обнимал Юлиту за плечи. Молодой человек бросил взгляд на рыдающую девушку, на застывшего рядом с ней Хорвина, потом, через плечо, на отца Иеронима, резко повернулся и бросился вон из храма.

– Эх, молодежь, молодежь! Горячие головы! – вздохнул подошедший отец Иероним.

…

А теперь представьте себе, что вы человек гордый, сильный и упорный, вы не привыкли сдаваться или отступать.

Только что вы стояли у порога, вы уже почти добились того, чего хотели, всего несколько минут отделяли вас от того сладостного мига, за котором начиналась прямая дорога к жизни новой, к жизни лучшей, чем была у вас когда-либо.