Идущие навстречу. На перепутье

Но госпожа Порейра не признавала слабости, голос ее был суров.

– Вам есть, чем заняться. Я знаю, что у вас остались родные, вы можете посвятить вашу жизнь им. – Хорвин вскинул на нее свои внезапно потемневшие глаза – он подумал о той, что сейчас дожидалась его дома. – Потом, вы делаете много нужного. Благодаря тем богатым покровителям, чье внимание вы смогли привлечь к нашему нищему приюту, у нас делается ремонт, воспитанники больше не мерзнут в старой изношенной одежде.

Хорвин покачал головой.

– Я всего лишь пытаюсь замолить свой грех. Все это я должен был делать давным-давно, когда еще моя жена была со мной рядом, и тогда бы она не пропала.

Голос его предательски дрогнул, и он поспешил отвернуться к окну. Было видно, как воспитанники парами заходят в калитку. Сначала прошли мальчики в синих мундирчиках, за ними следовали девочки, одетые в одинаковые капоры и сверкающие белыми воротничками.

– Возвращаются с вечерней службы, – пояснила госпожа Порейра. – Вы видите, наши дети больше не выглядят оборванцами, и это, в большой степени, благодаря вам.

Но тщеславие было чуждо Хорвину, и слова эти не вызвали у него удовольствия. Однако вид детей навел его деятельную натуру на мысль, что он мог бы сделать для них что-нибудь еще.

– Скажите, а тот мальчик, что болел, и моя жена навещала его перед тем, как с ней случилось несчастье. Могу я повидать его?

Лицо госпожи Порейры сделалось опечаленным.

– Я понимаю, о ком вы говорите, – медленно произнесла она. – Маленький Стэси.

Хорвин нахмурился, возвышенный тон, которым говорила начальница приюта, заставил его насторожиться.

– С ним что-то произошло? – быстро спросил он.

Скорбные складки потянули вниз уголки рта на строгом лице госпожи Порейры.

– Его уже нет с нами, – торжественно произнесла она. – Он оставил этот мир через два дня после визита вашей жены.

Удар был внезапным. Хорвин пошатнулся и непроизвольно поднес руку к глазам. Перед его мысленным взором снова встала их последняя ссора с Ровиной.