Шардоне 1897 года

Девушке, понравился ход мыслей Родиона, смотря в его голубые глаза, наполненные искренностью и добротой, она сочла, что быть может, стоит познакомиться с ним. Она ответила ему, – вы очень наблюдательный, и чуткий судя по всему, я Марта – сказала она; Меня зовут – Родион. А наши имена довольно редки, с улыбкой сказал Родя, вы не находите? Так же улыбнувшись, Марта согласилась. – Ну вот видите, вы улыбнулись, у вас безгранично красивая улыбка Марта. Знаете, я не могу позволить себе лезть в чужое дело, или даже в чужую семью, он сказал это, указав на её обручальное кольцо, но знакомства подобного рода хороши тем, что вы можете рассказать, в данном случае мне то, что вас гложет, что тревожит вас, выговориться; и вам станет легче, это ведь доказанный факт, а потом мы просто разойдемся и больше никогда не увидимся; но я повторюсь, что все зависит от вашего желания Марта.

– Вы знаете Родион ,я верю в то как вы искренни… особенно это видно по вашим глазам, и мне очень приятно познакомится с таким чутким человеком, и мне действительно хочется доверить свои душевные переживания вам.

Марта начала свой рассказ. Я приехала в ваш город на несколько дней по работе, завтра уже самолет; на протяжении месяца у меня проблемы в браке, в подробности я вдаваться не стану, скажу лишь то, что я не получаю того, о чем мечтаю уже так давно. Раньше, я даже не думала об этом, но после пяти лет брака, невольно приходит это понимание.

Во время ее рассказа, он робко прикоснулся к её руке своей, и резко убрал её, сказав – простите Марта, но глядя на вас, я не представляю как вам можно не давать того, в чем вы так рьяно нуждаетесь…На обоих их лицах была видна грусть.

– Ну …теперь вы, шепнула Марта…Услышав это, он начал осознавать, насколько она ему нравится, его руки дрожали…в горле был будто ком… Он выпил глоток глинтвейна, и начал свой рассказ. – Я работаю здесь, официантом, раньше я был поваром, но так сложилось, что пришлось сделать шаг назад, увы. Каждый раз, когда мой рабочий день подходит к концу, я сажусь здесь беру себе бокал глинтвейна и распиваю его под звуки прекрасной музыки.