Алька. Кандидатский минимум

– Ну чего, нашёлся фундамент?

– Да я всегда был уверен: что они, бабы эти, понимают в строительстве?

Теща на всякий случай ретировалась на другой конец участка – стала изучать с Милкой, которая сразу пошла к забору, как перезимовали саженцы смородины.

Мы с дедом отпилили от какого-то бруска четыре колышка равной длины, забили в углах до кладки фундамента – решили прикинуть на глазок, равномерно ли он утонул. Оказалось, что да – просел ровнёхонько, летом перемерили с гидравлическим уровнем – фундамент стоял ровно.

Приятель деда выложил ещё метра полтора кирпичной кладки от того уровня.

После следующей зимы он снова утонул, но уже на глубину метр, не больше – торчал над землёй сантиметров на сорок пять и встал намертво. За следующие тридцать лет, что мы прожили на этой даче, он просел сантиметров на пять – после того как на него поставили дом.

Где-то в мае Юра Хациев поинтересовался у меня:

– Слушай, а ты, часом, в большой теннис не играешь?

– Нет, не приходилось, в настольный играл более-менее неплохо.

– А не хочешь попробовать? А то ищу партнёра, не с кем покидать.

– Да я бы с удовольствием, только какой из меня партнёр? Потом, у меня ракетки нет.

Тут в разговор вмешался Илья, работавший за своим столом:

– Олег, у меня тётка в большой теннис играла до войны, её ракетка у нас осталась, давай я её тебе принесу? Ракетка старая, но поиграешь пока, чего тебе сразу новую покупать. Вдруг не понравится, а ты уже потратился.

На том и порешили. На следующий день Илья принёс мне ракетку для большого тенниса его тётки.

Ракетка была изготовлена в предвоенные годы – струны из бычьих жил, но попробовать наверняка было возможно. Я прикупил себе спортивные труселя, маечка у меня была, и через пару дней мы с Юркой были в Сокольниках на СО «Связист» – спортклуб МВТУ арендовал там корты.

Хациев показал мне правильный хват, технику удара справа и слева, и стал я потихонечку втягиваться в большой теннис – игра мне понравилась очень, подсадил меня Юра на неё на много лет.

Ракетка моя произвела большое впечатление – ржал весь теннисный бомонд кортов «Связиста», каждый подошёл, потрогал и выяснил, почему я решил начать играть именно такой ракеткой. А мне было фиолетово – играл я ей полтора года, пока не понял, что пора брать современную. Ракетку отнёс Илье, она долго лежала в секции, потом пропала, позже я жалел, что не оставил её себе, – раритет.

Тем летом я много свободного времени проводил в Сокольниках на кортах.