Сокровища Хана Кучума

Он подивился благополучию Евдокима и стал выпытывать его о столь невероятной причине везения. Парень, по простоте душевной, рассказал ему всё о Жар— Птице. Окорок не поверил в эти россказни, назвав их сказками, но домой ушёл задумчивым. В его голове уже созрел чёрный план.

С той поры этот браконьер день и ночь бороздил на своей лодке воды озера Чаны в поисках острова, где водилась волшебная птица. И вот однажды, когда уже начало темнеть, Окорок вдруг заметил вдалеке на острове какое-то зарево. Хапуга стал быстро грести в ту сторону и вскоре его взору предстал небольшой остров, на который браконьер выскочил, едва только лодка коснулась берега.

Жар – Птицу Окорок увидел сразу. Она сидела в гнезде на высоком дереве и, очевидно, спала. Старый завистник тихо полез на дерево. Но, как бы он тихо ни лез, птица проснулась и вспорхнула прямо перед носом похитителя, взлетела вверх и с жалобными криками закружилась над ним, обгадив голову потревожившего её грабителя. Он подивился тому, что птица не улетает, как вдруг увидел в гнезде несколько яиц, которые тоже ярко светились.

Не рассчитывая уже поймать птицу, браконьер сунул себе в карман её яйца и стал спускаться вниз.

Ограбленная мать с пронзительным клёкотом вдруг кинулась на похитителя и клюнула его в темечко, ударив ещё и крыльями. От неожиданного удара и с испуга Окорок разжал пальцы, которыми держался за ветку и попытался схватить свою обидчицу, но, не удержавшись, с громким криком полетел с дерева.

Ударившись при падении о пенёк, хапуга сломал себе ногу, потерял сознание и последние остатки совести.

Когда скряга очнулся, то понял, что остров ему надо покидать, но, добравшись до берега, обнаружил, что лодку, которую он второпях забыл закрепить, отнесло ветром на чистину. От бессилья браконьер заплакал.

Через несколько дней Окорок с голода совсем обессилел и съел все яйца, что захватил с собой. Очевидно, от этого питания его лицо покрылось язвами, а нога сильно болела. Но вот попутным ветром лодку однажды все-таки вновь подогнало к берегу.

Собрав последние силы, этот хапуга добрался до неё и, превозмогая боль и слабость, погрёб с этого острова, где его постигли несчастья.

С тех пор его во всём стали преследовать неудачи: лицо осталось повреждённым язвочками, нога неправильно срослась, голова от птичьего помёта облезла и сверкала плешивой лысиной, да и все дела не шли на лад.

Узнав об этом, люди усмехались: «Ходил за чужим, да своё потерял».