Настоящие истории

– Соджу!

Мне казалось, что такую улыбку Кошака могла видеть только я.

Мин благополучно вручил мне пакеты и направился к роялю. Удивилась ли я? Ни разу. Его хлебом не корми, дай по клавишам «поклацать». Моя пустая студия наполнилась нежным звучанием клавишного инструмента. Нилан словно отключался от внешнего мира и полностью погружался в пучины музыки. В такие моменты он не видел и не слышал ничего вокруг, а я, в свою очередь, могла наблюдать за этим вечность. Незаметно, конечно. Иначе Нил ещё зазнается, и тогда – пиши-пропало…

Я направилась к кухне, чтобы красиво оформить стол, но мой взгляд непроизвольно падал на Кошака.

Он был так погружён в игру. Его пальцы аккуратно скользили по клавишам. Я этого не видела, но за столько лет прекрасно «выучила» стиль его игры.

Композицию, которую Нил играл, я слышала первый раз. Она была такой нежной и тёплой, но одновременно до слёз грустной. Меня всегда поражало то, как Мин сочетает эмоции в своих произведениях. Я тихо прошла к столу напротив дивана, стараясь как можно аккуратнее поставить тарелки и стаканы на стеклянную поверхность, и молча стала слушать игру на рояле.

Иногда Нилан от наслаждения закрывал глаза и слегка покачивал головой. Он всегда так смешно сидел за инструментом! Слегка сутулился, прижимал руки к рёбрам, за что в университете ему частенько доставалось от преподавателя. Но Кошаку-Нилану всегда было наплевать на то, что говорил ему учитель. Он делал всё так, как удобно ему.

Последние аккорды. В них словно вложены все чувства и эмоции. Нил «зажимает» оставшийся аккорд, и его пальцы медленно сползают с клавиш.

– Я назвал эту мелодию «First Love», – после этих слов он поднял свой взгляд на меня. – Как тебе?

– Она «забирается» в самые глубины сердца и остаётся там… Как обычно, – добавила я от всей души.

Он знал, что я никогда ему не совру. Если мне нравится, то нравится.

– Давай, заваливайся на диван, – похлопав по месту рядом с собой, промолвила я.

Нилан лениво «приземлился» и запрокинул голову назад, громко вздохнув.

– Тяжёлая неделя была? И вообще, головные уборы в помещении не носят, – пробубнила я, снимая с него кепку.

– Эй! – Мин взъерошил свои волосы и повернул голову ко мне. – …Очень. Работы было – просто тьма. Я всю неделю ждал выходных, чтобы прийти к тебе, – он «стукнулся» лбом о моё плечо и остался в таком положении.

– Ну-ну, – я похлопала Кошака по спине.