Дети и взрослые детям и взрослым

Бабушка взяла комнатный опрыскиватель для цветов, налила в него святой воды из бутылки и стала ходить, брызгать по углам. Вовка следовал за ней по пятам.

– Слышь, мать, брызни на Вовку, вдруг анчутка за ним спрятался, – сказал вдруг дед.

– Не надо, баба, это не анчутка очки прятал, а я, – завопил Вовка, махая руками, словно защищаясь от капель воды. —

И домой меня не надо отправлять, мне у вас хорошо.

– На том и порешим, вот ведь как всё ладно сходится.

Чубчик

Исполнилось Вовке семь лет. Бабушка на его дне рождения сказала:

– Вот, Вовка, и наступила новая пора в твоей жизни. Время, когда ты будешь становиться самостоятельным. Никто тебя в садик и из садика за ручку водить не будет. Сам будешь ходить в школу. Сначала в первый класс, а после, даст Бог, и до десятого доживём. Домашнее задание будем с тобой вместе делать, пока самостоятельность твоя окрепнет.

То, что наступило новое время в его жизни, Вовка и сам заметил. Во-первых, ему оставили чубчик на голове.

В парикмахерской, где всегда подстригали Вовку, пожилой и ужасно вежливый парикмахер сказал:

– Ну-с, молодой человек, поздравляю вас со вступлением во взрослую жизнь, сейчас мы вам изобразим новую причёску, сделаем этакий элегантный чубчик.

Чубчик Вовке понравился. Когда он посмотрел на себя после стрижки в зеркало, то ему показалось, что он стал немного выше.

– Вот ведь какое дело выходит, совсем немного волос на голове оставили, а уже выше стал, – подумал он.

Идя с бабушкой из парикмахерской, Вовка сердито выдёргивал свою руку, когда та, забыв, что он уже взрослый, пыталась схватить её.

Дома дед придирчиво оглядел Вовкину голову и, наверное, с досады сказал.

– Вот придётся теперь мне одному из всей семьи причёску под нуль носить.

Дед всегда стригся наголо, и Вовка даже не представлял, как тот будет выглядеть без такого привычного седого ёжика.

В школу на первый праздничный день Вовка хотел идти один.

– Вы сами сказали, что я теперь взрослый, так нечего за мной тащиться.

– А мы с мамой за тобой и не идём, нам на работу, – сказал отец.

– Как же тебя в такой день одного отпускать, не сирота ведь, – заохала бабушка.