Черника

Она желала до последнего оставаться здесь, в поселке, попав под власть то ли чувства долга, то ли чувства вины. Сама она объяснить была не в состоянии.

Теперь девушка набивала последний оставшийся в доме рюкзак вещами первой необходимости. Немного еды и воды в дорогу, электронику, банные принадлежности, документы, косметику, даже легкую куртку со спортивными штанами положила, хотя, это было весьма странно, судя по погоде. Только свою любимую тетрадь она оставила в руках. Что-то подсказывало ей, что так будет легче пережить этот день, согреться в аду.

Василиса в последний раз окинула дом взглядом и вышла на улицу, символично оставив дверь незапертой. Снаружи творился сущий ночной кошмар. Стоял невероятный гул, человеческие крики и огненный ветер смешались воедино. Кто-то пытался усмирить разбушевавшихся коз с собаками, кто-то в панике заводил машину, кто-то бежал с ведром воды в сторону улицы, где уже вспыхнули пара домов, кто-то просто, еле различимый, стоял и смотрел на бушующее пламя, прикрыв лицо влажной футболкой.

Переполненная ностальгией, она вспоминала, как щеголяла по двору совсем еще милюзгой, как ускользала от пристальных взглядов взрослых, сама не понимая как – ведь она просто вышла в полуоткрытую дверь. После чего Васе было невдомек, что дома уже поднялся визг и топот, и что на поиски ребенка отправлена целая флотилия юбок.

На этих улицах ее задирали соседские мальчишки, дразнили «Черникой». Василису это всегда приводило в ярость. Единственные, кому было позволено ее так называть – это старшему брату и ей самой.

Несмотря на все это, в глубине души она понимала, что отпускает дом, будто сбрасывает тяжелый груз, что ей становится легче, что близок час, когда ужасный день останется лишь воспоминанием.

– К автобусам! Бегом! Два уже отъехали! – раздался чей-то истошный крик. Василиса понимала, что мест хватит на всех, что без нее не уедут, но все же поспешила, дабы по единственной узкой грунтовой артерии добраться до большой земли, где нет ни запаха гари, ни дыма, ни огня, ни страха.

Огонь пожирал поселок со скоростью ветра. Сначала сигналила маленькая вспышка на одной из крыш, а через полминуты уже полыхали стены. Буквально на глазах пространство затянула черная дымка, от чего невозможно было определить время суток, не имея часов.