Бригантина в песках

В чёрном небе рассыпаны звёзды,

Мне под ними уже не уснуть –

В трудных мыслях российские вёрсты

Отмеряют обратный мой путь.

Там не раз мне, конечно, приснятся

Под румяной янтарной зарёй

Стаи птиц, что угрюмо кружатся,

Над далёкой бесплодной землёй,

Где, как башня из пылких рубинов

В блеске взрывов гранат и ракет,

Под отчаянный крик муэдзинов

За окном багровел минарет,

Как нас ночью из тёплой постели

Поднимал, грохоча, автомат,

И взбешённые пули свистели,

В стены нам отбивая набат.

И не раз в той лихой круговерти

Под свирепым кипящим свинцом

Мне казалось, что линия смерти

Вокруг нас замыкалась кольцом.

Мне тогда был последним спасеньем

Твой портрет на оглохшей стене –

Он питал моё сердце терпеньем

И мечтой о сияющем дне,

Когда в радостный миг нашей встречи

Я, как будто, шагнув в забытьё,

Обниму тебя крепко за плечи

И шепну тихо имя твоё.

11 января 2013 года

Сана, Йемен

Упрёк и угрозы

Перевод с арабского[4 - «Упрёк и угрозы» – четвёртая касыда из поэтического цикла «По дороге к заре» (1967 г.

Ты пируешь, а я голодаю.

У нас, бедных, вопросы просты:

Почему я деревья сажаю,

Почему я поля орошаю,

Но плоды пожинаешь с них ты?

Почему меня губит работа,

Солнце спину сжигает огнём,

И мой серп пьян от горького пота,

Но богатство в руках у кого-то,

Кто был вором, а стал королём?

Отвечай же мне, подлый правитель!

Мне не нужно молчанья в ответ.

Если нет – пусть Аллах-избавитель

Тебя в адову свергнет обитель,

Где мерзавцам спасения нет.

Я годами назло лихолетью

Твою жадность слезами поил,

А ты строил мечеть за мечетью,

Отнимая железом и плетью

Всё, что я для детей утаил.

Ты с усмешкой царя-изувера.

Растоптал мой несчастный народ.

Умерла в правосудие вера,

И на чёрный прицел револьвера

Уже взят твой зарвавшийся сброд.

Ты себя оградил от лишений,

А меня – от подарков судьбы.

Я не стану просить подношений.

Просто завтра в дыму разрушений

Ты узнаешь, кем были рабы.

Ты зажмуришь в слезах свои веки, –

Гнев в сердцах наших долго вскипал –

И прольются багровые реки,

И твой факел потушит навеки

Революции яростный шквал.