Об одном и том же

Да и сидячий образ жизни явно не способствует спортивной фигуре… А у тебя – то как?

– Погоди, погоди, насчёт сидячего образа жизни… Ну-ка поподробнее?!

– Да нет, сидячий – это не в смысле сидения в местах, не столь отдаленных, а в том смысле, что у меня ярко выраженная гиподинамия, мало двигаюсь. Я ведь сейчас профессором подрабатываю. Второй десяток, как на пенсии, а жить-то как-то надо?! Вот и кручусь-верчусь, как белка в колесе…

– А, в этом смысле?! Фу, а то уж я прямо испугался вначале, – Семяримов достал из левого кармана своих джинсов свежий носовой платок, снял очки в дорогой роговой оправе и начал тщательно протирать им окуляры, то и дело аккуратно, с важным видом на них дуя.

 – А я по-прежнему работаю в бизнесе, Генеральный директор крупной в районе, а м.б. и в городе, мультимедийной компании. Интернет, телевидение, телефония и всякое там такое… Да, Витёк, давненько мы не виделись с тобой…

Друзья долго ещё вели приятельский разговор, как вдруг зашедший в свой кабинет «напарник» Писюка, старший лейтенант полиции Гнашечко, не сделал обоим замечание.

– Так, уважаемые, бл@, вы долго, бл@, будете, бл@ на х@й, всякую х@йню, бл@, нести, бл@? Мешаете, бл@, работать, бл@ на х@й! – Гнашечко, как оказалось, тихонько вернулся в свой кабинет и за своим рабочим место пытался почистить свой табельный пистолет, для чего он произвел полную разборку оружия, но то ли в спешке, то ли случайно, у него вдруг куда-то потерялась важная деталь от пистолета, без которой он не мог собрать свой ствол.

Старлей явно нервничал и тщетно пытался найти недостающую деталь боевого оружия.

– Извините, – виновато промямлил Семяримов.

– Извините, пожалуйста, – Захаров с Семяримовым не заметили, как тихонько в кабинет вошел коллега Писюка Гнашечко. У него, как и у большинства сотрудников 44 отдела полиции, защитная маска была опущена на шею. – Скажите, кто-нибудь вообще занимается нашими делами?

– Занимается, занимается, – без энтузиазма в голосе ответил Гнашечко. – Кстати, а чего это, бл@дь, вы тут, бл@дь на х@й, сидите, бл@дь? А? А где ваш этот, бл@дь? – и, о чудо!? Только сейчас Гнашечко заметил скрюченного, без штанов и трусов Писюка, восседавшего на вещдоке в какой-то неестественной позе с безучастным лицом.

 – Олег, бл@! Олег! – громко позвал своего сослуживца молодой старлей. Тело О.К. не подавало никаких признаков жизни. – Что это с ним? – испуганно спросил Гнашечко.

– Коронавирус?! – высказал предположение Семяримов.