Слепые и прозревшие. Книга первая

 – Автобус в десять, а еще идти сколько…

– Зачем нам в центр? – продолжал удивляться Коля.

Но мама уже ушла на кухню и зазвенела там чашками.

Дав всем выпить по чашке пустого чая, мама вытащила из чемодана пакет. Там оказались два красивых белых платьица, совсем новых, с ярлычками, нарядных, прямо как на елку. И для Коли в пакете нашлась новая белая рубашка. Сама мама нарядилась в свое лучшее платье: синее с белым воротничком. Она даже не ходила в нем никуда – куда ей было в таком платье ходить? Затем завязала девочкам огромные банты, тоже белые.

– Так куда же это мы собрались? – допытывался Коля.

– Собирайся, собирайся, – торопила мама и только по дороге к автобусу объяснила: – Девчонок крестить будем. Ты будешь крестным.

– Я? Почему я? И зачем вообще крестить?

– Нужно! – отрезала мама на ходу.

– А почему я? Разве мне можно?

– Всем крещеным можно. Ты крещеный.

– Да? Когда же это?

– Ну ты еще маленький был, не помнишь.

– Вот те раз! – рассмеялся Коля. – Живешь, живешь на свете, а потом оказывается, что крещеный! А как вообще крестят? Их окунать куда-то надо?

– Тебе священник все скажет, только слушайся его, и все.

– Я не верящий! – нахмурился Коля. – Чего я врать-то буду?

– Ой, ладно! – отмахнулась мама. – Как хочешь!

В автобусе девчонкам на этот раз понравилось. Они всю дорогу болтали без умолку, во что-то играли между собой, пели песенки, и Коля, видя, что ими любуются все пассажиры, был очень горд.

До церкви дошли незаметно. Девчонки прыгали и приплясывали на ходу. Им было очень интересно так далеко путешествовать.

Из дверей церкви уже выходили пожилые женщины, обедня закончилась. Присев на скамеечку, мама вынула из сумки три косыночки, одну повязала сама, другую сунула Коле:

– Таше голову прикрой.

А сама притянула к себе Дашу и, зажав ее между коленок, чтобы не крутилась, завязала на ней косыночку под подбородком, как матрешке.

– А мне не надо платочек? – поинтересовался Коля, возясь с Ташей.

– Тебе не надо.

Мама встала перед входом, перекрестилась и поклонилась. Это Колю так смутило, что он чуть было не схватил маму за руку, чтобы не позорилась. Но мама уже была за порогом.

Их окутали теплый душистый сумрак, тихий говор и мерцание тоненьких розовых свечек.