Альманах «Истоки». Выпуск 12

О, как удивительно мне повторенье

Всех ежевечерних бесплатных чудес.

Без сил и без слов в золотой паутине

Мы сами детали в великой картине.

У всех знатоков вызывая слезу,

Несутся в простор, вырываясь из рамы,

Воздушные замки, небесные храмы

И две золотые фигурки внизу.

Но всех занимают земные заботы,

И люди бегут торопливо с работы.

О, если бы знали сейчас москвичи,

Что кто-то богатый капризно и щедро

Раскрыл нам сокровищниц тайные недра,

Вручил нам с тобой золотые ключи.

Пусть каждый своею заботою занят,

Но пальцем коснёшься – и золотом станет

И камень дорог, и деревьев листва.

Из боли, из пыли, из грязи, из брани…

А в окнах играют алмазные грани,

А в сердце моём золотые слова.

Как жалко, что праздник чудесный не вечен,

И в ночь отступает увенчанный вечер,

С улыбкой, короне, ликуя, лучась…

И, в сердце храня дорогие секреты,

Мы нынче алхимики, маги, поэты

И в блеске заката калифы на час.

* * *

Что за птица поёт по утрам за окном,

О каком неизвестном мне счастье земном,

Отчего голосок серебрится?

Видно вскормлена сказки жемчужным зерном

Незнакомая странная птица.

И как будто кругом не бензиновый чад,

И как будто в окно мне глядит райский сад

В окруженье московского лета,

А нездешние песни звучат и звучат…

Или, может быть, снится мне это?

Что за дивная гостья в обычном дворе?

Что ты мучишь мечтою меня на заре,

Невидимка, вещунья, зарница?

Нету слов в обедневшем моём словаре,

Пусть мне песня и птица приснится.

Гамаюн или Сирин, а вдруг Алконост?

Меж каких ты летала полуночных звёзд

И зачем ты сюда залетела?

А с небес опускается радуги мост,

И напев твой извечный прозрачен и прост,

Как душа, что так рвётся из тела.

Сокольники

Сокольники, Сокольники,

Мелодия простая,

Как будто с колоколенки

Вспорхнула птичья стая.

Как будто сердце сызнова

Звенит колоколами,

Внезапно в небо брызнули

И вспыхнули крылами.

И слышно рифм лепечущих

Глухое бормотанье…

И стая крыл трепещущих,

Как сердца трепетанье.

* * *

Две девушки, словно с картины Гогена,

Раскосость их глаз и жемчужная пена

Зубов, что в улыбке не прячут они,

Богини среди городской толкотни.

Из красок, из зарослей юго-восточных

Их лица и сладость имён их цветочных.

В московском метро два шедевра живых,

Дикарки в шуршанье плащей дождевых.